– Не горячись, Мейсон, – уравновешенный тон Билла принял несколько напористую окраску. В его цели не входили похороны всех спасителей королевы, равно как и смерть венценосца. Душевные порывы сейчас были весьма некстати. – Я не спрашиваю тебя, как ты намерен незаметно подобраться и расправиться с одним из самых могущественных людей страны. Я даже не полюбопытствую относительно твоих дальнейших планов, непосредственно, после самого убийства. У меня будет всего один вопрос: что нам делать дальше? Прикончив Майкла, ты обречешь государство на междоусобные войны. От него мало толка, но он является сосредоточением власти. Уничтожишь ее – подашь сигнал Голодному Волку. По всей видимости, здесь все считают, что он не более, чем миф. Спешу разочаровать, ибо это не так. Я имею право утверждать это, потому что спас ему жизнь и знаю гораздо больше, чем вы все вместе взятые.
– Как-то я спас жизнь одному человека, под прекрасным старым кедром в Астапоре. А через месяц он попытался убить меня в трактире в Пентосе. И тогда я понял его – преданность не вечна. Месяцем позже я сломал ему шею конской уздечкой. Этот случай произошел гораздо позже. Когда понимание пришло на смену праведности, было слишком поздно, – Разбойник подошел к продрогшей женщине, прилагающей все усилия для сохранения спокойствия, – поверьте мне, миледи, мы имеем дело с самым опасным, непредсказуемым и жестоким убийцей. Месть для него – воздух. Это страсть, это болезнь. Она пожрала его рассудок и отравила душу. У него имеется так называемый список смертников, где находятся те, кто были повинны в смерти его семьи. И вы, господин Мозер, там отнюдь не на последнем месте. Также есть еще кое-что. Не так давно ваш сын, Никлаус, встретился с ним, – при этих словах Эстер подняла голову, с жадностью хватаясь за оборванные ниточки связи с внешним миром. – В ходе поединка он получил серьезные увечья, но сумел ранить чертового безумца. Это хорошо. Тем не менее, нам нельзя тут оставаться. Чем быстрее мы придем на помощь вашему сыну, тем лучше. Итак, вы согласны подчиняться моим приказам? Хотя бы временно.
***
Теплая одежда для продолжительного нахождения в седле, немного денег, личные сбережения, яркие воспоминания в виде сохранившихся рисунков старшего сына, – все это было тщательно и аккуратно уложено в небольшого размера мешок и туго завязано на два узла. Один из королевских гвардейцев, предварительно оказавший услугу в виде слабого постукивания в дверь, уведомил первую леди о том, что ее с нетерпением ожидает государь.
Уняв нарастающий трепет, она поднялась с места и вышла из просторных апартаментов. Дверь захлопнулась, навсегда перекрывая для нее доступ к прошлому. Это последнее связующие звено разорвано. Наконец-то. Облегчение и легкость потеснили смуту в изрубцованном сердце. Около тронного зала ее ожидал пышный эскорт из золотистых доспехов во главе с самим великим Победителем Драконов. Тот даже не подозревал о том, что за удар приготовила для него немилосердная судьба.
– Я никуда не пойду, Майкл, – она внезапно поймала себя на мысли, что более не испытывает страха по отношению к этому безжалостному монстру. Пусть угрожает, запугивает, унижает – ничего из вышеперечисленного отныне не имеет значения. Потому что она более не желает иметь с ним ничего общего.
– Нет, пойдешь! Мы с тобой это уже обсудили. Орсон, проводи ее! – обескураженный Темплтон застыл на месте, укоризненно глядя своему повелителю в глаза. Лев же, в свою очередь, одарил его гневным взглядом, требуя немедленно исполнить приказ.
– Я ухожу от тебя, – Эстер не желала прерывать возможную ссору, поэтому спокойно уведомила мужа о своем решении и, развернувшись, направилась к выходу их замка. Оглушительный грохот сопроводил ее действия – все документы, что находились в руках Орсона, посыпались на пол пачками. Расширенные зрачки и упавшая челюсть свидетельствовали о самом настоящем потрясении. Майкл же просто застыл на месте, переваривая услышанное. Потребовалось все красноречие десницы, чтобы вернуть его к реальности.
Взбешенный Лев резко рванул вперед. Двое гвардейцев – скудные остатки после дезертирства и предательства, - выпрямились при виде выбежавшего из-за угла монарха. До этого они наблюдали за поистине необычным зрелищем: Ее величество неторопливо покидала тронный зал. Навстречу ей поспешили четверо мужчин, один из которых, выйдя вперед, забрал у нее тяжелый мешок с вещами. Раздирающий все внутренности гнев достиг апогея в тот момент, когда Ланнистер узнал в галантном кавалере одного из своих близких друзей. Рыцарь Цветов, как его любили называть, осмелился плести интриги за спиной правителя всего государства. Оглушительный крик, призывающий всех солдат окружить предателей, разнесся по обширной комнате.
Блестящие лезвия оголенных мечей угрожающе целились в грудную клетку, в область бешено колотящегося сердца. Мейсон не собирался так просто сдаваться. Вдвоем с Клиганом они приняли боевую стойку, готовые ринуться на новых врагов без колебаний. Билл предпочел заслонить женщину собственным телом, что было немаловажным шагом, поскольку назревающий конфликт неизбежен. Пораженные взоры присутствующих устремились в сторону возвышающегося на ступеньках трона венценосца, чьи кулаки сжимали клинок. Морщины вокруг носа сгладились, на их месте появились вздутые вены, пульсирующие, разгоняющие кровь. Мокрые от пота волосы светло-каштанового оттенка, ранее аккуратно зачесанные назад, теперь превратились в слипшуюся гриву.
– Вот оно что. Значит, все это правда. Слухи ходили разные, но я не придавал им должного внимания. Верил в непорочность окружения. Что же, остается смириться с тем, что я потерял жену и близкого товарища, – он опустил голову на навершие меча, в результате чего воцарилась гробовая тишина. Ожидание дальнейших действий доводило всех до нервного изнеможения. – Впрочем, меня здесь не удивил никто, кроме, пожалуй, тебя, Билл. Кажется, ты забылся?
– Я всегда говорил, Майкл, что весь мир не делится на черное и белое. Иногда зеленое перевешивает. Но, прежде чем ответить на твой вопрос, хочу напомнить, что я тебе ничего не должен. И ты прекрасно знал, как я падок на женские слезы и прочую сентиментальную чушь.
– Знаешь, меня позабавила твоя первая фраза, – вмешался доселе молчавший Рыцарь Цветов. – А на что ты вообще обращал внимание? Помнишь, ты как-то говорил мне, бил себя в грудь, заклинал о том, что поможешь! Где твоя помощь?! Ты сказал мне, в той проклятой башне, что дух моего брата всегда будет с нами. Но ты не прав. Если бы Лэнс был жив, он бы собрал все войско Простора, пришел сюда и убил бы такого ублюдка, коим ты стал!
– Да как ты смеешь?! – Лев ринулся вперед, грубо отталкивая перегородившего ему дорогу Орсона. Одним мощным прыжком он покрыл расстояние между Тиреллом и собой. Клинки встретились, эхом разнося отвратительный скрежет по огромному залу. Их лица, раскрасневшиеся, искаженные ненавистью, отделяла друг от друга острейшая сталь. – Остановись, пока не стало слишком поздно.
Защитники попавшего в беду короля попытались всем скопом броситься на Мозера, однако Мейсон перекрыл все пути к наступлению. Угрожающее рычание вынудило их ретироваться. Мало кто решился вступить в неравный бой с воодушевленной четверкой бравых ветеранов. Тем временем Лев сделал опасный выпад, показывая таким образом, что игры давно закончились. Противостояние двух сильнейших воинов Беленора могло длиться вечно. Равные по стойкости, ловкости и жесткости, они все же кое в чем отличались. Просторец не просто так славился изворотливостью и умом блистательного полководца. Заманив соперника в своеобразную ловушку в виде неровных ступеней, он нанес тому оглушительный удар по ребрам.
Лорд Львиного Утеса вовремя сумел избежать очередного толчка – клинок оцарапал камень в паре сантиметрах от кожи на щеке. Это сокрушительное поражение остановило драку, коей так и не суждено было произойти. Тирелл сразу же схватил поверженного за горло и, приподняв над впивающимися в спину острыми углами лестницы, нанес еще несколько ударов плотно сжатым кулаком. После этого мужчина резко потянул неудавшегося правителя на себя и, приложив максимум усилий, отбросил в сторону, позволяя упасть на твердый мраморный пол.