Тон самого письма потешил самолюбие Львицы. За иронией и цинизмом скрывалась искренняя вера в положительный ответ. Что же, пусть наслаждается. Напыщенный юнец или влюбленный дурак. Впрочем, чувства взаимны, этого не стоит отрицать. Момент долгожданной истины настал. Виновник блистательного торжества гордо взирал на прибывающих лордов с высоты центральной площадки. Рядом, держась за братский локоть, стояла Хелена. Облаченная преимущественно в нежно-розовые оттенки, она ждала своего кавалера. Приветственная речь дяди откладывалась из-за его плохого самочувствия. Нужно засвидетельствовать почтение окружающим вместо него.
– Надеюсь, дорогая, ты не натворишь глупостей? Стоит ли мне беспокоиться за тебя? – поинтересовался добродушный хозяин у близко стоявшей собеседницы. – Начинаю жалеть о том, что позволил тебе развлекаться с маленьким братцем. Иногда на балах происходят страшные вещи. Ты знаешь историю знакомства наших родителей?
– Перестань ворчать, милый брат, – весело парировала Хелена, при этом трогательно поправляя блестящую пуговицу на голубом кафтане заботливого родственника. Они всегда понимали друг друга. Их связывали не только кровные узы, но и личный секрет. – Когда-то давно ты упрекнул меня в том, что я желаю породниться с Ланнистерами, а сам преподнес Ребекке свое черное сердце на следующий же день. Готова поспорить, что твой дар станет украшением сегодняшнего вечера. Какого оно цвета?
– Я сделаю вид, что не знаю, о чем ты говоришь. Просто в следующий раз напомни мне избавиться от твоих любопытных служанок. Они скрываются по всему замку? Теперь я понимаю, почему мне никогда не нравился тот портрет в общей комнате. У него какой-то подозрительный взгляд.
– Не переживай. Если они увидят то, чего не видели до этого, я им заплачу, – пока Кай усиленное обдумывал язвительный ответ, юная особа еще издали заметила самого младшего из детей Майкла. – А вот и мой партнер. Не скучай, дорогой. Уверена, твой прием закончится полным провалом.
– Твоими молитвами, – фыркнул уязвленный наследник, после чего вежливо кивнул подошедшему к его сестре Льву. Желтые нити создавали иллюзию золота, а красные – крови. В духе этого семейства. – Какая ирония. Не мешало бы познакомиться с ним поближе, иначе придется рассказывать собственным племянникам о том, что у них есть дядя.
Посмеявшись над своей же шуткой, Аррен впоследствии потерял интерес к ухажеру сестры. Пара тем временем спустилась вниз по крутой лестнице, встречая улыбки на устах близких друзей. Колу пришлось на секунду отойти, чтобы обсудить с братом очередного гостя. Воспользовавшись отсутствием соперника, Деймон подкрался к предмету своего давнего воздыхания и схватил за руку. Вздрогнувшая дочь Робина едва не закричала от неожиданности.
Хищная усмешка блуждала в уголках Волчьих губ, в то время как холодные пальцы сжимали женское запястье. Вальяжно расстегнутые пуговицы на белой рубашке демонстрировали его протест всем собравшимся. Много дней Стефан потратил на бесполезные нравоучения и просьбы соблюдать правила приличия. Их имогли вышвырнуть на улицу, но не сделали этого по старой дружбе, посел следует отблагодарить их хотя бы приемлемым поведением.
– Составишь мне компанию? – полюбопытствовал Старк, сдавливая бледную кожу до посинения. Неухоженные черные волосы обрамляли привлекательное лицо, которое находилось на неприличном расстоянии от лица жертвы. – Помнится, ты мне как-то пообещала оказать эту услугу.
– Половина крепости отчаянно жаждет оказать ее тебе, – выдернув ноющую от боли руку из цепкой хватки наглеца, она приготовилась к худшему. К счастью, Колемон подоспел как раз вовремя и избавил всех присутствующих от неминуемой сцены. Гневные огоньки плясали в зеленоватых глазах генерала.
– Ах, прошу прощения, совсем забыл о манерах, – обладатель ехидного тона протянул широко раскрытую ладонь в направлении сцепленных рук юноши, но остановил движение на полпути и отдернул руку, стоило первородному оголить белоснежные зубы. – Нам не довелось пообщаться как следует, хотя мне почему-то кажется, что я где-то тебя видел.
– Я встречал многих людей. А ты ничем не примечателен, – с наигранным сожалением произнес Лев. Он не собирался задерживаться в обществе недруга, поэтому тактично поклонился, а затем отошел в противоположный угол. – Почему ты не позвала меня сразу? Что он вообще хотел от тебя?
Малакай напряженно следил за развитием событий. Выходка северянина угрожала сорвать мероприятие. В любом случае, все закончилось благополучно. Именно тогда шумная толпа расступилась, пропуская вперед знаменитую принцессу. Прекрасные белокурые волосы ниспадали до прикрытой темно-зеленой материей груди. Хелена была права – она затмила всех. Величественной походкой истинной Львицы Ребекка шествовала через весь зал. Окружающие, поддавшись обаянию королевской особы, склонили головы в знак повиновения. Расширенные зрачки Аррена, казалось, стали еще больше. Прокашлявшись, он поправил сдавливающий воротник, который внезапно начал тяготить несчастного пленника чистой красоты.
Публика с упоением наблюдала за восхождением единственной дочери Эстер. Шесть ступенек, потом еще семь. Вот она, первая пара. Постепенно несмелые голоса вновь прорезали тишину. Восхищенный народ долго обсуждал эффектное появление юной особы. Платье идеально сочеталось с изумрудными глазами девушки, – доказывали ценители. Старое ожерелье матери на шее выглядело безвкусно. Несомненно, Белый Сокол пленился ею, но это мимолетное увлечение, – утешали себя завистницы. Мало кто действительно понимал, какая буря разыгралась в душе надменного мальчишки. Сердце, подобно кораблю, бешено колотилось о ребра, совно те ничем не отличались от настоящих остроконечных скал.
– Полагаю, это твое? – ласковый голос вернул опьяненного кавалера на землю, что было очень кстати, ибо он заметил между двумя изящными пальцами свою записку. Свидетельство величайшего позора под названием ” любовь”. Сколько клочков бумаги довелось ему испортить, прежде чем выбрать более уместный вариант. – Ты потерял. И, помнится, ты говорил, что не танцуешь.
– Разве? – изобразив неподдельное удивление, будущий лорд разорвал признание на кусочки и подкинул в воздух. – Давняя история. Пусть прошлое остается в прошлом. К тому же, не пойти танцевать – дурной тон. И так как Никлаус отказался, то, увы, мы ведем.
– Это традиция, – она не спорила, просто взяла своего партнера под локоть и пошла с ним к специально отведенному месту. Это был сигнал к началу основной церемонии.
Снова очарованные взоры собравшихся устремились на великолепный тандем двух влюбленных. Круг расширялся, зрители становились участниками. Находившиеся в стороне Ланнистеры заметили оживление среди дворян. Презрительная усмешка на долю секунды исказила лик кронпринца. Второй бокал вина давал о себе знать, но манера держаться оставалась безупречной. Ему приходилось пожимать руки незнакомым людям, выслушивать плоские шутки и деликатно осведомляться насчет их здоровья.
Иногда хотелось высказать им все, что было на душе и избавиться от всех проблем разом. Месяцы скитания по бескрайним просторам страны притупили светские повадки. Как бы там ни было, однако сейчас его больше интересовал триумф сестры. Элайджа не мог налюбоваться грациозной красавицей, превзошедшей саму королеву. Братья вкушали крошечные радости жизни, коих было не так много. Сверкающие золотом и серебром кафтаны будоражили сознание.
– Только посмотри на нее, – блаженствовал Никлаус, поднося кубок к ноздрям. Запах распространился по комнате, пропитал стены и блюда. – Всего лишь четыре месяца назад мы праздновали ее именины. Время беспощадно. Кто бы мог подумать о том, что шестнадцатилетняя девочка, такая жизнелюбивая, превратиться в настоящую леди.