Барабанная дробь продолжала вносить смуту в ряды безмолвных зрителей. Жители Севера, Юга и Запада собрались вместе, дабы лицезреть невиданное доселе зрелище. Травля загнанного в угол зверя, делающего слабые попытки отбиться лапой от толп бесчеловечных извергов. С трудом поднявшийся на подгибающихся коленях, Майкл встретился глазами с тем, кого самолично убил. Восставший из мертвых Люцифер не прекращал уничтожать противника безумным взглядом. Час расплаты близок, как и зима. Облизнувшись, Волк раскинул руки в разные стороны, приветствуя нового гостя, опоздавшего на жертвоприношение. Под аккомпанементы невыносимого для ушей звука, он внезапно остановился на мраморной ступеньке и прокричал:
– Путь праведника труден, ибо препятствуют ему себялюбивые и тираны из злых людей. Блажен тот пастырь, кто, во имя милосердия и доброты, ведет слабых за собой, сквозь долину тьмы. Ибо именно он и есть тот самый, кто воистину печется о ближних своих, – заглушая немилосердный вой барабанов, выживший из ума монах перешел на крик. – И совершу над ними великое мщение и свое наказание яростное над всеми теми, кто замыслил отравить братьев моих! И узнаешь ты, что имя мое – Голодный Волк, когда мщение мое падет на них!
Последний удар. И гробовая тишина восторжествовала. Царь Ада приглашал к столу, где подадут зажаренные человеческие легкие. Он должен быть мертв. Красноватый рубец на щеке – тому доказательство. Но, по всей видимости, судьба решила сыграть злую шутку. Оставь надежду, всяк сюда входящий, ибо предстанешь ты пред взором великого Жестокого Волка, последователя Дьявола на земле.
***
Их резали, рвали и кромсали. Куски отрубленных конечностей были разбросаны по всему залу. Пронзенные копьями солдаты изнывали от боли в темных углах. Черный жеребец промчался мимо, сопровождая собственное появление громким ржанием и зловещим цокотом копыт. Алчные полчища врагов проникали внутрь, словно орда хищных насекомых. Притаившись за колонной, Валькур пытался избежать встреч с хорошо вооруженными солдатами. Липкая противная испарина покрыла лоб, шею и грудь. Учащенное дыхание могло выдать его местонахождение и испортить все дело. Короля уже не спасти. Печальная истина. Разумеется он, как гвардеец, должен был сражаться насмерть.
Но какой прок от мертвеца? Воспользовавшись всеобщим замешательством, ветеран нанес смельчаку, дерзнувшему приблизиться к нему, сокрушительный удар по лицу. Красноватая жидкость запачкала все вокруг. Где-то неподалеку раздался страшный грохот. Требушеты продолжали разрушать крепостные стены. Меньше двадцати тысяч людей смогли взять столицу за одну жалкую ночь. Двадцать лет назад их было вдвое больше, но они смогли войти в город лишь после изнурительной борьбы за его пределами. Какая ирония. Волчий легион оказался могущественнее альянса Розы и Льва.
Изрубив очередного захватчика на куски, Мятт поспешил ретироваться к лестнице, предварительно избавившись от шуршащего белого плаща и других знаков отличия. Призывы о помощи не тронули очерствевшую душу. Ему бы никто не помог – таков, увы, закон выживания. Услышав гулкие шаги, он резко припал к валявшемуся рядом с ним трупу, дабы остаться незамеченным. В годы войны не единожды приходилось терпеть близость мертвецов. Иногда их очень удобно использовать в качестве щита. Темно-каштановые волосы слиплись от обилия чужой крови, а легкая щетина вдруг начала сильно раздражать.
Тяжелый панцирь сдавливал ребра, мешал вдыхать свежий воздух. Освободившись из металлических тисков, он почувствовал всю прелесть свободы. Задерживаться на этаже не имело смысла, секунда промедления могла стоить жизни. Мимо него давно протащили неподвижное тело самого Ланнистера. Перебитая нога оставляла за собой отчетливый кровавый след. Значит, они не убили его. Конечно, Волк устроит показательную казнь. Что же, пока этого не случилось, можно проникнуть в город и поискать помощи у возможных союзников, если таковые еще остались. Кольчужные латы остались на месте прежнего хозяина, пока рыцарь поднимался по ступенькам.
Приоткрытая дверь, ведущая в покои кронпринца, насторожила. Ее не отворяли со дня знаменитого побега. Впрочем, это шанс покинуть Красный замок по крышам и спуститься вниз. Сотни маленьких огоньков вдали свидетельствовали о масштабном пожаре, охватившем все кварталы. Дым, терзающий ноздри, захватывал несчастное небо в плен. Терраса покрылась сажей, осевшей на поверхности перил. Неожиданно разнесшийся по комнате хлопок заставил гвардейца вздрогнуть и замереть на месте в нерешительности. Позади, облокотившись о спинку кровати, удобно расположился сам Предводитель.
– Я узнаю характер человека по биению его сердца, – спокойным тоном изрек Старк, вновь наращивая темп бессмысленных хлопков. Своеобразные овации, аплодисменты глупцу. – Когда я приближаюсь, оно стучит так, что можно выплясывать! А твое сердце, к моему удивлению, бьется ровно. Великий Каракурт. Всегда было интересно, почему именно такое прозвище? У тебя ведь рысь в гербе.
– Любопытно. Меня так не называли со времен войны. Эти прозвища такие забавные, не находишь? – извлекать клинок в маленьком помещении – бессмысленно. Он все равно не сможет ни ранить, ни убить оппонента, – Пес, Паук, Змей, Каракурт. Велика ли разница? Вообще, меня называли так, потому что я хорошо плаваю. Повеяло некой ностальгией. Очень хорошо помню, как мы начали форсировать реку, чтобы разбить войско твоего братца. Мой конь почему-то испугался и скинул меня в воду, но я выплыл оттуда и почти достиг командира войска. Однако Скотт меня опередил. Убил беднягу Тессио раньше, черт возьми, – заметив блеснувший в темноте кинжал, Валькур никак не отреагировал. Он не отступил даже в тот момент, когда Гэбриэль поднялся с постели и начал медленно приближаться. – Как бы там ни было, есть и другое толкование. Меня называют Каракуртом, потому что я могу убить врага всего одним ударом. Но бывают ситуации, в которых важна не грубая сила. Вот как сейчас, например.
С этими словами он устремился вперед и, на полном лету, врезался в опешившего палача. Мощный толчок в грудную клетку вызвал у Волка приступы кашля, что было на руку проворному солдату. Он не успеет взобраться на крышу или расправиться с проблемой всего королевства, но есть иной выход. Собрав скудные остатки боевого духа, Мятт вскочил на каменные перила и, не раздумывая ни секунды, прыгнул, под яростный рев взбешенного мстителя. Вцепившись побелевшими костяшками пальцев в поручни, Гэбриэль отчаянно вглядывался в поглотившую беглеца тьму. Он был двенадцатым в поганом списке. Сдавленный крик вырвался наружу. Ничего нельзя изменить. Он – повелитель, не смог справиться с обыкновенным солдафоном, как когда-то не смог одолеть простого мальчишку. Будь они все прокляты!
***
– Здравствуй, Майкл, – со странным наваждением вымолвил лидер повстанцев, – ты постарел. Хотя, признаться, я изменял облик столько раз, что уже не помню, кем был в самом начале. Но хватит лирики, – улыбнувшись, он снова очутился на троне, кладя при этом ноги на распластавшийся у его подножия труп. Заметив осуждающий взгляд на лице противника, он развел руками, словно извиняясь за временные неудобства. – Не смотри на меня так. Я сижу на нем, потому что так теплее. Но пройдет время – и он остынет. Когда это случится, ты заменишь беднягу.
– Я не умру той смертью, что ты для меня придумал, – непоколебимая уверенность, с которой были произнесены эти слова, вынудила фанатика сжать подлокотники до противного хруста в костяшках, – посмотри на себя, великий выживший. Big Bad Wolf. Так много усилий ради мертвецов и призраков? За кого ты мстишь? За братьев? Двадцать лет назад ты пришел ко мне, под покровом ночи, с предложением о союзе. Давай объединимся и свергнем Маркуса, сказал ты. Отдашь мне Север, а взамен получишь преданного сторонника, не так ли? Я был готов согласиться, но вовремя осознал, что получу не верного пса, а трусливую змею, вьющуюся вокруг моей шеи и шипящую на ухо. В итоге мне пришлось немного разнообразить ее внешность. Примерно вот так, – с этими словами он провел ладонью по правой щеке, повторяя траекторию знаменитого шрама.
– Ничтожество! Я буду избивать тебя до самой смерти за такое! – взревел правитель Севера, захлебываясь слюной, после чего извлек абсурдной длины клинок из ножен. Лев не стал спокойно ждать приближения опасного врага: выхватив меч у одного из стражников, он ударил его по лицу, а затем повалил на пол Финна, перегородившего ему дорогу. – Ха! Так и спешишь умереть. Твою гордость сейчас разорвут на кусочки.