Порция оскорблений, вопреки ожиданиям, не подействовала на мятежного потомка. Язвительная ухмылка искажала привлекательные черты лица, унаследованные от матери. Обычно все заканчивалось перепалкой или ссорой, но сегодня напившийся брат Ричарда решил внести некоторое разнообразие в общение с родственниками. Так и не начавшийся разговор перерос в издевательства, а затем – в нескончаемый поток обвинений. Мужчина, окончательно потерявший рассудок, ударил молчаливого Кая по щеке, в результате чего тот рухнул на плитку. Неминуемое завершение всеобщих обид. Следовало поступить так давным-давно.
Жестокость ветерана не знала границ. Он избивал лежащего с такой свирепой силой, больше напоминающей животную, что сам невольно превращался в монстра. Ударив юнца по руке, Робин отчетливо расслышал хруст костей. Но тот ни разу не крикнул, не попросил о пощаде, не принес извинений. Распаляясь еще больше, старший Аррен продолжал мучения. За умершую жену, за непослушание, за неоправданные мечты и надежды. Вся несостоятельность бывшего солдата изливалась на родного ребенка. Ощущая металлический привкус во рту, Кай нервно сглатывал, не решаясь просить о помощи. Мамы здесь нет.
Схватив задыхающегося мальчишку за горло, будущий лорд Гнезда швырнул его в противоположную сторону. Парализованная нога не разрешила подняться, разбитая голова настойчиво требовала погрузиться в забвение, а ноющая спина, покрывшаяся синяками, нуждалась в горячей воде. Кровь струилась по взъерошенным волосам. Он почти ничего не видел – перед глазами возникла белая дымка. Воспаленный мозг не проецировал воспоминаний из прошлого, как бы того не жаждал его хозяин. Смерть явно забавлялась. Неожиданный поворот событий принес еще одну грешную душу.
– Хватит! Прекрати! – крик отчаяния донесся до угасающего разума, вынуждая вновь открыть застланные пеленой глаза. Хелена, в легком ситцевом платье с длинными рукавами, стояла посреди комнаты с клинком в руках. – Оставь его! Немедленно! Это последнее предупреждение!
– Как интересно. Неужели ты, наивная девочка, пойдешь против меня? – насмешливо произнес ветеран, разворачиваясь всем корпусом к вооруженной дочери. Медленно, продумывая каждый шаг, Робин двигался вперед. Он нервничал, но старался не выказать этого. – Ради него?! Убьешь собственного отца?! Из-за какого-то ублюдка?!
– Он мой брат, – без колебаний ответила пятнадцатилетняя девушка, готовясь раз и навсегда избавиться от человека, причиняющего одни страдания. Очередной выпад заставил Аррена отступить назад, к люку. Поднятые кверху руки свидетельствовали о нежелании испытывать судьбу. – Довольно. Ты сделал достаточно.
Воспользовавшись замешательством противника, Кай, несмотря на невыносимую боль в области ребер, сумел удержаться на дрожащих ногах и, навалившись всем телом на чертового ублюдка, крепко обвить его шею. Одно резкое движение – и мучитель оказался на грани жизни и смерти. Бешеные порывы воздуха подхватили голубой плащ, одна нога ушла в никуда, так и не почувствовав под собой опоры. В таком положении воин оставался около минуты. Холодные пальцы вцепились в локти предполагаемого убийцы, норовя выбраться из смертельных тисков.
– Когда попадешь в Ад, скажи Люциферу, что я послал тебя, – наклонившись к уху отца, прошептал новый наследник Востока. Все кончено. Пути назад не существует.
Душераздирающий вопль буквально ударил по пошатнувшемуся рассудку. Искаженное муками лицо на миг задержалось в воздухе, а затем исчезло, словно его никогда и не было. Это все неправдоподобный сон. Оказавшись в объятиях сестры, Сокол потерял сознание. Связь с реальностью разлетелась вдребезги, подобно истошно кричащему телу. Вот она, желанная свобода. Кто бы мог подумать, что все закончится таким образом. Ему хотелось спать. Жар в груди усиливался, вызывая острое желание выблевать легкие. Дальше – ничего. Полнейший мрак.
***
– Забавно, не так ли? – поинтересовался житель Востока после окончания рассказа. Он ожидал какой-либо реакции, но принцесса хранила молчание. – Пресловутый Кай, скрывающийся под маской веселого циника, на самом деле является отцеубийцей со стажем. Кто бы мог подумать? Даже мое имя, как бы я его ни ненавидел, означает не что иное, как Божий посланник. Ирония.
Тишина затянулась, это начинало раздражать. Пусть назовет его лжецом, мерзавцем или убийцей, но не пустое безмолвие. Оно равносильно сотням мечей, вонзающимся в грудную клетку. Зрачки мгновенно расширились, стоило ему ощутить легкое, почти невесомое прикосновение к щекам. Не нужно лишних слов. Облокотившись о камень причудливой формы, он накрыл свою возлюбленную голубым плащом. Спокойствие сменило внутренний дисбаланс. Гармония пришла на смену гневу и терзаниям.
Громкое лошадиное ржание разбудило крепко спящего юношу. Он аккуратно встал с импровизированной постели, рискуя потревожить спящую девушку. Проведя рукой по идеальной шее, спаситель покинул пещеру, дабы проведать мустанга, который не переставал взрыхлять копытами почву. Волнение усиливалось, он бил мощными ногами по скалам, требуя свободы. Стая ворон привлекла внимание воина, равно как и отдаленные мужские голоса. Сердце бешено заколотилось, создавая эффект колокольного звона. Они здесь. Рыщут, точно ненасытные твари. Жаждут мести. Запах крови помог им найти верный путь.
Десять еретиков. Возможно, гораздо больше. Вооруженные до зубов, обладающие не просто быстрыми жеребцами, но настоящими боевыми конями, способными скакать несколько ночей подряд без пищи и воды. Видимо, это главная потеха для Небесного Отца, – ломать чьи-то судьбы. Все шло так хорошо, даже прекрасно, но кто-то разрушил все начинания. Зарычав от негодования и злости, Аррен упал на одно колено, чтобы проследить за непрошеными гостями. Без сомнения, скоро они обнаружат убежище двоих беглецов. Тогда все пропало.
– Слушай меня внимательно, – рявкнул сын Робина, прижимая ладонь ко рту Львицы, попытавшейся громко окликнуть своего кавалера. Непредсказуемость бойца застала Ребекку врасплох. Его сбитое дыхание, побледневшее лицо и полубезумный взгляд говорили красноречивее любых фраз. – Там люди твоего брата. Или Лжепророка или кого-то из этих стервятников, я не знаю. У них есть преимущества перед нами. Мы не сможем сбежать. Вдвоем.
– Ты не посмеешь, – тоном, не допускающим возражений, произнесла дочь покойного короля. Отдавать приказы она умела, но есть те, кто не будет им подчиняться. Пусть это станет напоминанием и своеобразным уроком на будущее.
– Ты останешься здесь и не выйдешь, пока не поймешь, что все кончено, – вздрогнув всем телом, она схватила мальчишку за плечо. Вернее, мужчину. Он больше не глупец из столицы, не бражник из близлежащего борделя. Он – солдат. – Пообещай мне ни в коем случае не оставаться здесь до самого конца.
Кивнув в знак согласия, принцесса, сдерживая слезы отчаяния, положила замерзшие ладони на щеки своего ангела-хранителя. Поддавшись вперед, Кай коснулся губами нежной кожи ее лица, не решаясь, однако, на что-то большее. Притянув к себе юнца, что будоражил женское воображение больше полугода, Бекка позволила ему сделать то, чего он так страстно желал и боялся одновременно. Поцелуй длился около шести секунд, в течение которых все эмоции выплеснулись наружу. Все закончилось также быстро, как началось.
– Эй, ублюдки! – прокричал воодушевленный на кровопролитную битву Сокол, чьи губы до сих пор хранили солоноватый привкус слез. Бесценный дар. Ради подобного можно умереть. И не один раз.
Встревоженные гвардейцы, облаченные в серебристые доспехи, разом взглянули на то место, где стоял умалишенный самоубийца. Оголенный клинок свидетельствовал о серьезных намерениях. Вершина холма позволяла лицезреть удивленные рожи так называемых захватчиков. Бросить вызов самому Люциферу? Довольно глупый, но в тоже время смелый шаг. Ведь каждый, в сущности, тайно желает попасть на Ту Сторону и померяться силами с самим Дьяволом. Будущему мертвецу скоро представиться эта возможность. Интересно, какова на вкус кровь падшего ангела?