Если верить старым легендам, то теория про пир мертвецов имела место быть. У нее будет возможность либо опровергнуть домысел, либо присоединиться к торжеству. Но каково же было удивление южанки, когда, вместо обещанных духов усопших, она узнавала в снующих вокруг людях своих близких друзей, еще живых. Они наклоняли головы в знак уважения, а затем возвращались к обсуждению повседневных вещей. Остальные предпочитали ограничиваться сдержанными кивками. Все это граничило с комичным абсурдом. Знакомые лики мелькали за гигантским столом, уставленным разными блюдами.
Остановившись возле свободного стула, Ирина окинула всех присутствующих самым безумным взглядом, на какой только была способна. Перешептывания удивленных гостей достигли заложенных ушей не сразу. Плохо скрываемое волнение приводило обычных лордов в замешательство. Дрожащие плечи свидетельствовали о глубоком моральном потрясении. Стоило какой-то незнакомки прикоснуться к побледневшей коже на руке, как ее владелица заметно вздрогнула и резко дернулась в сторону. Бри приблизилась к несчастной заложнице собственных кошмаров, чтобы убедиться в ее окончательном помешательстве.
Бокал вина моментально вернул к действительности. Присев на один из деревянных стульев, леди Тирелл пыталась успокоить расшатанные нервы. Заботливая подруга сновала вокруг, пытаясь узнать причину такого недомогания. Бесконечные вопросы сыпались на голову злосчастной спасительницы, подобно граду. Воспаленный мозг категорически отказывался проектировать какие-либо здравые мысли. С большим усилием ей удалось убедить собравшихся в том, что это результат головокружения, вызванного долгим нахождением на свежем воздухе. Общество сердобольных гостей разошлось по своим углам в тот же миг.
- Все точно в порядке? – поинтересовалась супруга десницы, при этом кладя ладонь на пылающий лоб страдающей женщины. – Что произошло? Это из-за предстоящего знакомства с женихом?
- Что? – мало-помалу смысл сказанного дошел до затуманенного сознания. Напиток слегка расслабил уставшее тело, однако вдова Лэнса сообразила, что попала отнюдь не в Рай. Она недавно похоронила мужа, а теперь выясняется факт помолвки с кем-то другим. – Жених? О ком ты, черт возьми?
- С тобой точно что-то не так, - Бриенна, обеспокоенная состоянием семнадцатилетней девушки, попыталась найти разумное объяснение случившемуся. Разумеется, это не более чем обычное смятение перед встречей с будущим спутником жизни. Стандартная реакция, связанная с природной застенчивостью представительниц слабого пола. - Я не буду давать тебе бесполезные советы относительно правильного поведения и так называемых манер. Просто улыбайся. Уверена, господин Гэбриэль будет очарован.
Это проклятое имя вынудило живот свернуться в тугой узел. Чувство необузданного и животного страха охватило жительницу Юга, равно как и желание сбежать прямо сейчас. Без оглядки, без разъяснений. К несчастью, ей перекрыли дорогу очередные жалостливые кавалеры, желающие осведомиться о здоровье дочери почетного сира. Натянуто улыбнувшись, Ирина мысленно искала пути к отступлению. Все главные и угловые двери были надежно заперты на ключ, чтобы не пустить нищих, спящих на мраморных ступенях дворца. Выхода нет. Следовало догадаться раньше. Это не Эдем, это ее персональный Ад с мучителем-любовником. Потрясающе.
Глаза, поддернутые невидимой пленкой, уловили приближение до боли знакомого рыцаря, чья белоснежная улыбка согревала душу. Он не постарел ни на год в этой альтернативной реальности. Все та же аккуратная бородка, под цвет темных волос и бровей. Элегантный зеленый камзол, расшитый золотыми нитями, облегал мужское тело. Пальцы, спрятанные под черной перчаткой, покоились на эфесе фамильного клинка с темно-зеленым рубином в навершие. Не выдержав этой душераздирающей пытки, дочь Дагона устремилась к нему. Боже, как ей не хватало этого согревающего дыхания на шее, этих проницательных, вечно смеющихся глаз.
- Весьма неожиданно, миледи, - смутившийся лорд не делала никаких ярых попыток вырваться из объятий. Конечно, их ничто не связывает на Этой Стороне. Подобный взрыв эмоций казался ему неестественным и даже странным. – Мы же с вами видели друг друга буквально пару часов назад. Я попросил вас немного подождать, пока мне приходилось разыскивать вашего нареченного. Признаться, задача не из легких. Ему не хватает манер.
- Лэнс, послушай меня! Пожалуйста, не делай этого, - она крепко сжала его запястье, дабы выиграть время и донести печальную истину. Это ловушка. Привести монстра в дом, наполненный невинными и ничего не подозревающими людьми? – Возможно, ты не поймешь моих слов, но попытайся! Здесь всем угрожает большая опасность. Я знаю человека, которого ты собираешься привести сюда и, поверь мне, это огромная ошибка!
Хранитель Юга слушал каждое ее слово с каким-то тупым равнодушием, словно она рассказывала о своем недавнем путешествии к родственникам. Криво усмехнувшись после окончания многообещающей тирады, просторец сделал три шага назад, чтобы пропустить виновника всех масштабных трагедий человечества. Знаменитая мантия волочилась за своим хозяином по испачканным мраморным плиткам, в то время как он сам не переставал блаженно скалиться. Ничего не изменилось. Все вокруг играли по его правилам. Встречая галантного двадцатилетнего юношу, жеманные подхалимы кланялись. Сам Тирелл поверил в этот спектакль и положил ладонь на плечо близкого друга. Невозможно.
Откинув упавшую на щеку прядь, Гэбриэль подошел чуть ближе. Настоящий хищник с оголенными клыками и гигантской меткой в половину лица. Оцепеневшая невеста, как ее все называли, вздрогнула от невесомого, но требовательного прикосновения к собственной руке. Волк знал абсолютно все и получал от этого неимоверное наслаждение. Пленница вновь ощутила тот самый аромат, окончательно въевшийся в ноздри. Тут все началось. Тут все и закончится. Печальный финал. Это притягивало и пугало одновременно. Голодный зверь жаждал мщения. Ради этого были созданы декорации, сцена и целая летопись длиною в четверть века.
- Благодарю, мастер Лэнс. Вы говорили, что она красавица, но я не верил. Можете не волноваться, я справлюсь, - с нескрываемой насмешкой произнес Лжепророк, так и не удосужившись развернуться. Впрочем, южанин удовлетворился этой похвалой, а затем поспешно ретировался. Расхохотавшись своим режущим по ушам смехом, Старк наклонил голову вбок. – Какая ирония. Я не ожидал, что стану героем твоих скрытых мечтаний. Кто бы мог подумать. Могу ли я воспринимать это как комплимент? Даже во снах ты не перестаешь думать обо мне. Забавно, не находишь?
- Не знаю, это ты у нас виртуоз черного юмора, - шутка явно повеселила безбожника. Поаплодировав такой занятной игре слов, он сделал еще шаг навстречу испуганной, но все еще гордой дорнийки. – Не подходи ко мне!
- О, не будь такой банальной, дорогая, - промурлыкал довольный собой мерзавец, при этом не убирая нахальную улыбку. Игнорируя все предупреждения и угрозы, убийца схватил южанку чуть выше локтя и притянул к себе, – Это ты наградила меня такой неимоверной силой. Можешь кричать, просить о помощи, молить о пощаде. Увы, они тебя не услышат. Для них мы - изумительная пара, желающая побыть наедине. Разве я не прав? Только погляди, - с этими словами он взял ее за подбородок и осторожно развернул в сторону помахавшей им леди Бри. – Двадцать лет прошло. Повернуть бы время вспять. Помнишь наше первое знакомство? Ты ведь была мною очарована, не так ли? Ну еще бы. Интересно, что ты чувствуешь сейчас?
- Желание перерезать тебе горло, - прошептала Ирина, ощутившая въедливый запах крови и чего-то приторно-сладкого. Мгновение длилось целую вечность. - Убирайся к черту из моей головы!
- Это твое сознание упорно требует моего присутствия, - обойдя жертву, проповедник незаметно щелкнул пальцами. Вмиг счастливая и беззаботная обстановка всеобщего пира сменилась на кромешную тьму, окрашенную в красные цвета. Солнечные лучи погасли, а сам диск приобрел оттенок крови. Повсюду валялись изуродованные тела, с вываленными кишками, отрезанными конечностями и вырванными сердцами. – Я помню тот день. Пожалуй, самый лучший в моей жизни. Мы провели его вместе. Ты и я. Никакого Лэнса, никакого сожаления. Будь проклят тот миг, когда мне пришлось согласиться на уговоры твоего поганого отца. Он ведь уже мертв, да?