Глава 30
Гнев, страх, негодование, и как вишенка на торте – какое-то липкое, холодное отвращение. Будто измазался в ледяном студне, основой которого являются стухшие потроха. Весь этот спектр эмоций накатывал на меня при каждом взгляде на демона, восседающего на подушках старого, но весьма изысканного кресла.
Кафиль методично подхватывал вилкой кусочки мяса, нарезанного равными кубиками, и закатывал глаза от удовольствия, медленно пережевывая каждый из них. Все его демонстративно ленивые движения просто кричали о высоком статусе. Ровная, как древко копья спина ни разу не потянулась поближе к столу, который явно использовался сейчас не по назначению, слишком уж он низок и неудобен для традиционного приема пищи. Но сын Лорда плевал на правила, сохраняя достоинство даже в таком неудобном положении.
А я... я просто искал себя в скудных языках пламени догорающей кучки угля, что согревало сердце очага гостевого корпуса. Толку от этого, само собой, было мало, но высокородным гостям нужно не тепло, а демонстрация услужливости. Жаль я не аристократ, хоть кровь и твердит об обратном. Представители «элитных» слоев общества достигли пика в манипуляции одной из стихий, которую не принято упоминать при людях. Имя ей – фальш, а я отвергаю каждое проявление этой стихии всем своим нутром. Причем, на подсознательном уровне.
Меня воротит от того, как самодовольно они бросают пыль в глаза простого люда, не особо заботясь о том, чтобы прикрыть свой срам. Они свято верят в свою исключительность, воспринимая подчиненных обычным стадом безмозглых козлорогов. Но на деле же, все гораздо хуже, ведь горные козлороги слишком свободолюбивы, а люди, запряженные ремнями закона, пуская слюни от удовольствия, тянут непомерный груз, на вершине которого восседают неизменные погонщики – Лорды.
Самое забавное, что память прошлой жизни не сильно и лихорадит при виде того, с какой надменностью лордский сын обливается лиловой кровью. Ее следы успели отметиться уже всюду: на столе, на полу, на богатых, бархатных перилах кресла, и даже на шелковых одеждах аристократа. Я ненавижу хаосисткую кухню, слишком уж специфична она, но сейчас меня воротит от извращенной версии химеры, что по ошибке природы приняла людскую шкуру, пусть и с желтыми глазами. Дело ведь далеко не в происхождении, жизнь успела показать, что важно, а что остается обычным нюансом.
Лично для меня сейчас важно терпеть. Не знаю, для чего, но моя персона успела сконцентрировать на себе внимание высокородных, и при этом, я собираюсь вклиниться в их общество самым наглым образом. Как бы не оборвали крылья нерадивому птенцу, что вознамерился покорить само небо...
– Разве ты не голоден, друг мой? – Нехотя оторвался от трапезы Кафиль, чуть раздраженно дернув бровью.
– Нет. – Чуть резче, чем хотелось бы, ответил я, продолжая успокаивать свою душу в угасающем пламени.
– А зря-я-я-я... – протяжно выдохнул хаосит, вновь забренчав посудой. – Еда... – продолжил он, с трудом сглатывая чересчур большой кусок недожаренного мяса, – ...она помогает. Дает сил, понимаешь? С последней нашей встречи ты порядком возмужал, но выглядишь паршиво...
– Это усталость, не более, – я меланхолично дернул плечом.
– Да, пожалуй, чтобы победить основу «черного» войска нужно изрядно постараться! – Усмехнулся хаосит.
– Зачем вы здесь, господин Кафиль? – Я вперил в демона хмурый взгляд. Надоело это расшаркивание! Спасибо, что не принялся обсуждать погоду, но и так... с меня достаточно игр!
– Кха... – закашлялся Кафиль, явно не ожидавший от меня такой прямолинейности. – А кто может ограничить благородного в перемещениях по Пустошам? – Он ответил мне хмурым взглядом.
– Это не моя забота... – качнул я головой, продолжая зрительный бой, – меня беспокоит лишь стороннее внимание к моей персоне. Особенно в нынешних реалиях.
– Кстати, да! – Вскинулся демон с улыбкой, будто вспомнил какую-то шутку. – Друг мой, ты случаем не видел одного худосочного недовоителя где-то на своем пути сюда? Признаюсь, сам не могу понять, где потерял этого балбеса, но мое чувственное сердце все еще теплится от надежды, что блудный сын Сароса все-таки вернется...
– Это вряд-ли... – сверкнул я решимостью, – Дикие Земли – это плохое место для путешествия в одиночку.
– Твоя правда... – горько выдохнул демон, поджав губы. – Что ни говори, а мы, люди, стайные существа. Отбился от стаи и все... считай, пропал. Сожрут ведь... либо свои, либо чужие. Таков закон жестокого, но справедливого мира! – Глаза Кафиля опасно сверкнули.