Он обижался на меня за то, что месть размазало в сердце едва заметной пленкой. Она окутала образом этого демона всех сектантов, постепенно утратив силу резонанса эмоций. И мальчик рычал, срываясь на визгливый крик. Обливался слезами, предаваясь истерике. Он жаждал обратиться зверем, утопая в безумии горя. Хотел избавиться от чувств, неминуемо погружаясь в них все больше. Он был слаб...
Однако, я уже давно не тот юный послушник. Поэтому просто ждал. Молча стоял, прожигая равнодушным взглядом ненавистный образ, и ждал когда утихнет буря. Мальчику пора повзрослеть, хоть он никогда и не являлся полноценным ребенком. Разве что в прошлой жизни. Но и те воспоминания растворились в пустоте...
– Не узнаешь меня... демон? – Не своим, холодным голосом обратился я к хаоситу, что, по-видимому, принял мое молчание за страх.
– Голос убийцы, усиленный аурой благородных... – удивленно хмыкнул хаосит, сбросивший, наконец, капюшон с головы. Его черные, пылающие дымкой глаза, исторгли импульс сканирующей силы. Не зря, таких, как он, называют видящими. Реальный мир для него – черное пятно. Зато он видит то, что другим никогда не откроется. Так говорят. Но мне до этого нет никакого дела. Сила лишь инструмент, а не цель. Тьму я люблю, но не настолько, а еще слишком ценю возможность видеть, даже если моему взору сейчас доступны лишь картины, написанные лиловой кисточкой Хаоса.
– Я не вижу тебя... – прищурился он, чуть наклонив голову. Словно это помогло бы ему рассмотреть то, что никогда не откроется. Кажется, в прошлую нашу встречу, этот демон не был слепцом. Он мог забыть меня, но точно видел мое лицо. А сейчас я даже разочарован... Он пришел к силе, по-видимому, достиг какого-то значимого чина в иерархии секты, что позволило ему не сдохнуть в зыбучих песках Диких Земель. Но что это дало, кроме надуманного величия?
– Значит, умрешь во Тьме, так и не узрев лица своего убийцы, глупый демон. – Ответил я, жестом приказав Вайсуру и Крилю оставаться на месте. Хотя они и так находились в растерянности и не выказывали боевой готовности.
– Молодой, дерзкий, облюбованный властью своего высокородного родителя... – иронично усмехнулся хаосит. – Слово Палаты Лордов никогда не подвергалось сомнению, но ты нарушил договоренности первым. А значит, я снимаю с Обители Истинных все ограничения! – Демон развел руки в стороны. – Явите себя братья! И да покарает ваша боль этого наглеца и его сподвижников, что посмели пролить кровь Истинных! Более тебе не помогут ни артефакты, ни воля благородных... – бросил он уже мне, и на лице, испещренном черными узорами, расцвела премерзкая улыбка.
Его зов достиг ушей тех, кто скрывался в ожидании. Поочередно проскрипели двери ближайших строений, из которых тут же вылились ленивым ручейком сектанты. Все, как один, облаченные в черные монашьи хламиды. Их оказалось не так много, как я считал. Около трех десятков, не более. Но, если я, разочарованно прицокнул, то мои соратники едва не уступили страху, с трудом удержавшись на месте.
– Стойте на месте и не вмешивайтесь. Это не ваш бой... – повторил я приказ, мысленно срывая с себя личину демона. Почему-то мне показалось это важным. Может, мальчишка в моей душе и остался лишь хрупким осколком прошлого, но мне, вдруг, захотелось возложить на алтарь его горя этих хаоситов в образе того, кем я являюсь на самом деле. Сектанты, как оказалось, «истинные», значит, буду биться с ними, как подобает истинному благословленному Тьмой датарийцу...
Прежде я хотел разобраться с демонами по-быстрому, отрезав их от силы Тьмы, но теперь все иначе. Я дам своему зверю вырваться на волю и очищу это место лиловой кровью хаоситов.
– Ра-а-а-а! – Мысленно возвращаясь в юношество, прорычал я. Мир утонул во Тьме, обращаясь Бездной. По телу пробежала легкая дрожь от соприкосновения с родной атмосферой, подсвеченной серебристым Гелларом. Свет его лучей соткал образы, по которым тосковало мое сердце.
На одной из крыш появилась Мама, обнимающая Сиду и Жарама. Ее, в свою очередь, прижал к себе Рэйгар. На другом здании возник образ Аластара, за спиной которого поочередно проявились Высшие Тени: Абас, Ахра, Азиль, Агрид... Ребята улыбались мне. Агрид даже что-то выкрикнул, предаваясь смеху, но я не услышал его голоса. Жаль, конечно, но этого и не требовалось. Эффект и так явил себя в полной мере, обливая душу согревающим бальзамом. Где-то в стороне, сидя на кресле, показал себя Мастер Атон. Он отсалютовал мне дымящейся трубкой, и продолжил заниматься любимым делом...