– Готов. – Выдохнул я, вместе с воздухом отправляя наружу ненужные мысли. Вот одержу победу, там и подумаю.
Убэд не стал растрачивать время попусту, рванув с места смертоносным монолитом. Он нетипично нанес удар снизу вверх, демонстрируя незаурядный ум воина. Как ни крути, а масса и сила на его стороне. И большинство подобных ему гигантов предпочли бы давить меня к земле, завалив шквалом простых, но действенных ударов. Однако хороший охотник знает, что маленький зверь всегда найдет возможность отступить или отскочить в сторону. Главное вовремя заметить, откуда будет совершено нападение. А вот боковые удары и те, что рассекают воздух снизу вверх... это уже сложнее. Здесь нужна дистанция, и если бы в моей руке было зажато не древко копья, а рукоять меча, такого же, каким сражается Убэд, то, скорее всего, я бы уже проиграл...
– Э-э-эха! – Забавно пробасил Убэд, завершая очередной выпад резким круговым движением всего тела.
Мое бедро разминулось с лезвием меча непозволительно медленно и неуклюже. Ценой моей оплошности стала жгучая полоса, сочащаяся кровью. Ничего смертельного, но крайне неприятно. Первая кровь пролита! И это сделал не я...
Чем дольше мы бились, тем отчетливее понимал, что теряю контроль над боем. Я всеми силами подавлял ярость и злобу, причиной зарождения которых стал сам, но это лишь усугубляло положение. Полностью осознавая свои плюсы и минусы, я отдался течению стремительного боя, рваными движениями атакуя и тут же отступая назад. Но это не помогало! Убэд бился не как зверь, а как погонщик, ярость которого являлась лишь покорным питомцем. Он, казалось, лениво, отбивал мои выпады, либо принимал их в жесткий блок, суша мне руки, а потом беззастенчиво размахивал огромным мечом, вынуждая скакать по арене. Это было унизительно и... нестрашно, но крайне обидно. Я возомнил себя истинным воином, но без Моро и Лу, похоже, ничего не стою.
– Нет чести, чтобы биться двоим против одного. – Ровным тоном пробасил Убэд. Он на мгновение застыл, чуть отведя свое оружие в сторону. Его эффектно завершенный маневр, чуть не стоит мне руки, но лезвие меча лишь скользнуло по коже гладкой частью, оставив след жгучего холода в моей душе.
– О чем ты? – Прохрипел я, пытаясь унять дрожь в ногах.
– То, что я вижу – лишь жалкое подобие того, о ком поют менестрели. Разве это сила Лорда Тьмы? – От слов демона я опешил. В его голосе не было ни яда, ни насмешливой иронии. Только досада... – Ты не ровня мне, талантливый мальчик! Не в чистой силе, уж точно.
– Нет чести в том, чтобы использовать заемную силу... – огрызнулся я, словно действительно обратился неразумным мальчишкой.
– Получается, ты шел путем бесчестия, раз прибегал к ней, дабы покарать своих врагов? – Ухмыльнулся Убэд, с явным удовольствием вращая перед собой мечом. И я понимал его ощущения. Пусть в этой жизни мне еще не приходилось отказываться от тренировок, но человеческая душа помнила каково это, когда застоявшиеся мышцы вновь наливаются кровью и силой.
– Это другое...
– Да ну? – Убед вздернул брови, как неосознанно делают взрослые, выслушивая детские оправдания. – Получается, я не достоин того, чтобы ты зачерпнул из источника дарованной тебе силы?
– Я сказал, что она заемная, а не дарованная! – Мой голос становился все грубее, а глаза заволакивала Тьма.
– Вот теперь я вижу Лорда перед собой! – Убэд горделиво поджал нижнюю губу. – Однако я все еще не впечатлен! – Последние слова он дополнил аурой, которая едва не уронила меня на колени. Слишком уж резкий и неожиданный удар она нанесла по мне.
– Р-а-а-а! – Пророкотал я, растворяясь в ярости вырвавшегося наружу зверя. Искусанные в кровь губы горечью усилили и без того отчаянное состояние моего разума. В затянувшемся броске я мысленно прогнал всю ту ненависть, что испытывал к этому существу, что с ухмылкой отразил жало моего копья в сторону.
– Тобой движет ненависть к тому, кого нет перед тобой сейчас! – Пророкотал голос Убэда, силой обрушившего на меня свой тяжелый меч. Я едва успел обхватить двумя руками древко копья и выставить его перед собой, словно пытался занять пасть безумного зверя. Но Убэд далеко не зверь. Он четко контролировал свои эмоции и силу, и, придав ускорение оружию, пополам разрубил копье, что верой и правдой служило мне в этом мире.