– Это не твое оружие, ведь оно предало тебя, сын... – горько усмехнулся Лорд, постепенно меняясь в лице, по мере того, как в моей руке проявлялось мое истинное духовное оружие. – Все-таки я был прав! Ты не такой, как мы... в тебе есть Искра. Иначе ОНА не признала бы тебя, потомок первородных!
– Ра-а-а! – Завопил я, терзаемый сотней мыслей. Мое тело кратно ускорялось с каждым броском. Жилы трещали от натуги, а вкус крови стал отдавать манящей сладостью...
– Почему ты бьешься, Альм? – Сквозь звон металла прозвучал густой, вязкий бас Убэда. Он больше не чувствовал себя полноправным владыкой боя. Все еще сильный и смертельно опасный, он представлял собой непомерную угрозу, что могла закончить сражение в любой момент. Но я держался, четко осознавая, что и его можно убить...
– Ради мести! – Рыкнул я, и, крутанувшись, нанес грубый, но сильный удар. Убэд привычно выставил жесткий блок, что должен был выбить мое оружие из рук, но я вовремя преобразил его цепным оружием.
– Агрр! – Проревел демон, чье бедро ощутимо лизнуло черное жало. Я мог воспользоваться моментом, чтобы закончить бой серией ударов, один из которых точно застиг бы врасплох замешкавшегося хаосита, но почему-то отринул эту мысль.
– Ты чудовище, что обратил жизнь моей мамы в кошмар! За это ты заплатишь! – Мой голос не пытался сломить волю врага, скорее я разгонял собственную ярость, чей огонь то разгорался, то неожиданно затухал.
– Твою месть породили слова женщины?! – Демон едва не оступился с занесенным мечом, причем его шок, вызванный моими словами, подействовал гораздо сильнее, нежели кровоточащая рана на его ноге.
– Ей незачем врать!
– Ах-ха-ха! – Рассмеялся Убэд, резко отскочив назад. – Уверен, что Лия из дома Эль Насси, не осквернила бы свои речи ложью, и ты услышал правду. Ее ПРАВДУ! Правду женщины! Оглянись, сын... – Убэд развел руки в стороны, будто пытался показать мне весь мир, не сомневаясь в том, что я не стану бить исподтишка. – Это Пустоши! И ты, мужчина, взращенный жестокостью этого мира, способен мыслить подобно женщине, когда живешь по закону и праву сильного?!
– Но это не отменяет того факта, что пришел я за твоей жизнью... – спокойным голосом отозвался я. Мое дыхание все еще стремилось разорвать грудную клетку, но уже не так рьяно. Убэд дал мне возможность провести незримую дуэль, что все это время мешала сражаться. Я победил своего врага, который смотрел на меня моими же глазами. Вместе с ним развеялись и страхи и сомнения. Я будто заново родился... уже в который раз.
– И что тобой движет сейчас? – Прищурился Убэд.
– Долг...
– Перед кем?
– Перед собой. – Пожал я плечами, глубоко втянув в себя удивительно чистый воздух пустыни. Только сейчас я заметил, что буря миновала. Подобно сотням зрителей, мир затаил дыхание, в ожидание кульминации нашей дуэли. – Но я не стану убивать тебя, – продолжил я, игнорируя, ухмылку демона, – уж точно не на потеху публике...
– И чего же ты хочешь от этого боя? – С любопытством дернул подбородком Лорд Энгура.
– Просто боя, – выдохнул я, – который закроет мой долг, и даст возможность пойти дальше...
Глава 35
Прав был старик Шарк, когда говорил, что познать жизнь невозможно. Никогда. Стоит только подумать, что ты все просчитал, как она подкидывает новые обстоятельства, кардинально меняющие вектор развития будущего. Все, что нам остается, по словам моего первого учителя – просто быть готовыми к неожиданностям.
Нельзя сказать, что бой с Убэдом стал для меня откровением. Где-то на задворках сознания всегда мельтешили сомнения. Назойливыми мухами они терзали мой разум, не давая покоя, что собственно и привело меня к дороге чистых мыслей.
Убэд никогда не был и не будет мне семьей, но он неотъемлемая часть моей жизни, моей истории. Я достаточно пожил в Пустошах, чтобы понять – Лорд Энгура такой, какой есть. Глупо его за это винить или ненавидеть. Он продукт того мира, который его породил. И все те мысли, что я взращивал на «арене одиночества», которым стало предгорное плато, близ храма спящего Бога, они... я их попросту перерос. Нужно жить не домыслами, а осознанием. И сейчас я чувствовал, что получаю огромное удовольствие, сражаясь с поистине выдающимся воином.
Он не чудовище, чей образ пугал меня по ночам в детстве, не властолюбец, чье эго едва удерживают тяжелые тучи небосвода. Он просто... демон. Далеко не самый плохой представитель своего народа. А еще он мой отец... И понял я это только сейчас. Я не помнил своих родных из прошлой жизни. Возможно, их и не было вовсе, а душа стенала по кому-то другому, но та пустота, что чернильной кляксой разрасталась в груди после смерти Моро и прощания с семьей, если не уменьшалась, то давно уже перестала расти. Я не один в этом мире. И пусть не все свои связи я готов признать вслух, а тем более полюбить, но каждая из них, подобно кореньям пока еще неокрепшего дерева, плотно вплетает меня в основу этого мира, давно уже ставшего мне настоящим домом.