– Элиф знает твою мать? – удивился я.
– Нет же! – Непривычно звонко рассмеялась Исса. Даже Пон вздрогнул от неожиданности на ходу. – В Срединном мире язык общий. Тот, что даровали нам Боги. Да и тут, как оказалось... – с горечью хмыкнула девочка, – но, несмотря на это у некоторых народов есть свои неповторимые обращения. «Эл`атами» ринийцы зовут нас – датарийцев.
– Хм, получается Элиф ринийка...
– Ага! – С готовностью ответила Исса. – Элиф хорошая. Иногда резкая, но справедливая. И Нуни...
– Я знаю, малышка, – перебил я девочку, дабы не потерять нить интересующей меня истории, – а почему они вас так называют?
– В детстве мама читала мне сказку о злом короле, который вознамерился покорить все дикие леса, а предводительницу дриад сделать своей женой. Но лесная дева отказала ему, и тогда король собрал огро-о-омное войско. Везде, где проходила его армия, земля обращалась в пепел... – я мельком поглядывал на Иссу во время рассказа и умилялся ее серьезному выражению лица, – ...дриадам не удалось остановить злого короля. Многие из них погибли, а их предводительницу злой король пленил, и с тех пор ее больше никто и никогда не видел...
– Какая-то грустная сказка, – хмыкнул я, подмечая на горизонте огни приграничного поселения.
– Да-а-а... – вздохнула Исса, но тут же собралась, – ...но это не конец же! Дриады, что остались в живых, сумели избежать плена. Дни и месяцы они скитались по миру, пока не пришли к стенам прекрасного королевства, которым правила мудрая и добрая королева. А еще красивая...
– Ну, конечно, – не удержал я смешок, – королева и без красоты... никуда не годится.
– Ага! – Живо подтвердила мои слова датарийка. – Так вот... – продолжила она рассказ, – ...королева внимательно выслушала жалобы дриад и сжалилась над ними. Она позволила им жить в лесах своего королевства и обещала скрыть их от гнева злого короля.
– И правда, хорошая королева, – я подмигнул Иссе через плечо.
– Да, она сильно помогла дриадам справиться с потерей их предводительницы. Несмотря на то, что злой король распускал лживые слухи, дух дриад остался крепок. Они верят, что их правительница однажды вернется, ведь она...
– Добрая, и красивая, – закончил я описание той, кого слишком хорошо знаю.
– Ага, и мудрая! – Улыбнулась юная сказочница.
Огни жилых построек становились все ближе и напряжение само собой потихоньку улетучивалась. Не знаю, что ждет меня завтра, но сегодня, я уверен, все будет хорошо.
– Какое милое все-таки дитя... – подала, вдруг, голос Лу. Если честно, ожидал, что она раньше проявит себя.
– Ага.
– Даром, что смертная... – неоднозначно хмыкнула Богиня.
Я в очередной раз не сдержался, и эмоции вырвались за пределы мыслей, ввергая в шок бедную датарийку.
– Почему вы смеетесь, господин?
– Анекдот вспомнил, – отмахнулся я.
– Ане... что?
– Не бери в голову! – Сквозь смех бросил я через плечо. – Просто рад, что сегодняшний день подходит к концу...
Глава 7
Что-то я совсем расслабился на службе у трактирщика. Нет, тренировки я никогда не забрасывал, однако пропали из моей жизни путешествия, в которых каждый твой шаг сопровождается ухмылкой старухи в черном балахоне. Расслабился, отвык.
Новый день проливным дождем смыл всю накопленную усталость и напряжение, подарил такую приятную и необходимую мне свежесть мысли. Его освежающему потоку, конечно, не удалось вымыть всю грязь из темных переулков памяти, слишком уж въедливой она оказалась. Шероховатым осадком она покрыла незащищенные участки мощеных дорог и сплетений судьбы, узлами связывающих сотни путей, по которым я когда-либо двигался в своих неполных двух жизнях.
Этот факт немного осквернял светлеющее с каждым мгновением настроение, но незначительно. Я никогда не считал себя «мальчиком для битья» и четко осознаю, что жизнь полнится чередой взлетов и падений. Все, что мне остается – это стараться их не забывать и расти над собой снова и снова, чтобы однажды пришел тот день, когда слабости моей души иссякнут, обратившись блеклыми картинками усвоенных уроков.
– Проснулся, наконец! – Встретил меня ворчливым голосом старина Грис, когда я, зевая, спустился в главный зал трактира. Хмуря свои пышные непослушные брови, он старательно натирал столешницу барной стойки, и так доведенную до блеска прислугой во время ночной уборки.
– Что-то ты без настроения сегодня, Грис... – мои скулы непроизвольно свело очередным приступом зевоты. Вроде и выспался и отдохнул, но свежесть в голове какая-то... ленивая, что ли. Все-таки день не мое время, я люблю бодрствовать ночью. В принципе, как и все датарийцы.