– Ох... – разочарованно вздохнула Луарис, видимо слишком яркие картины отобразились в моей голове. Даже она что-то увидела.
– Не начинай, Лу... – пресек я момент зарождения бури, – ...я сделал выбор, и он правильный. Знаешь почему?
– И почему же? – С показным равнодушием просила Богиня.
– А потому, что я тоже Бог. Маленький, и вершащий лишь свою собственную судьбу, но самолично... Да, внешние факторы всегда будут корректировать мое движение, но право принятия решений навсегда останется за мной.
– Готова поспорить, – чуть ли не облизнулась Луарис.
– Ой, – отмахнулся я, – если ты потеряешь тягу к спорам и конфликтам, то я начну переживать. Ты конечно еще та... Богиня, но и человечного в тебе тоже с достатком. Разглядеть порой сложно, но можно...
– Чело... что? – Нахмурилась Лу.
– Ай, не бери в голову. Главное, что решение принято, и назад дороги уже нет.
– И куда же ты направляешься?
– В хранилище, конечно. У меня же ключи от ячеек упокоенных хаоситов.
– Я не об этом, алчный ты балбес! – Рыкнула на меня Лу, но так, без злобы.
– Конечно же, в Первый Доминион, – улыбнулся я, предвкушая увлекательное путешествие по миру Пустошей. Без гостинцев-то в гости не идут. Да и дойти бы еще...
– Пф, а сразу тебе, что помешало туда направиться? – разочарованно фыркнула Богиня.
– Я войду туда не как пленник, а как Лорд! – Гордо вскинул я голову. Мысленно, конечно.
– Ты же Бог... – рассмеялась Лу.
– Бог – это для себя. Ну, еще немного для тех, чьи жизни зависят от меня. Они моя паства, и я буду заботиться о них, как отец заботится о своих сыновьях.
– Пока там большинство дочерей, – продолжала веселиться Лу, и мне это нравилось. Плен явно отразился на ее психике, пусть и божественной, но она потихоньку приходит в себя.
– Это все нюансы, Лу, – пожал я плечами, приводя в замешательство проходящих мимо демонов. Очередной казус нарисовался, но это даже веселее.
Экономический корпус задержал меня не более чем на час. Я мельком пробежался по рядам рынка, присматривая на будущее интересующие меня товары, да и приценивался к ингредиентам, которые сам скоро начну поставлять. Вопрос был в том: кому их сдавать? К счастью, я его нашел, и никакой он не мошенник, как кричали на площади. Себ оказался довольно-таки приятным, располагающим к себе... демоном. Звучит, конечно, неправдоподобно, но я чувствую, что с этим торговцем обязательно надо дружить. И я буду.
Кстати, дружбу закрепили витиеватым договором о будущих торговых операциях и покупкой маленькой фигурки Великой Тарии. Статуэтку купил, конечно, я. Богине придали образ каменной воительницы. Мне сразу захотелось сделать подарок для Иссы. Остальным тоже не мешало, но позже. Исса юная девочка – ее можно и выделить.
Кстати, праматерь моего народа тут, как оказалось, даже почитают. Но это удивительно лишь для тех, кто не сведущ в истории самих демонов. Они свято верят, что именно Тария даровала им возможность раз в четыре года устраивать день «Жатвы». А однажды, когда они проявят себя и смогут выбраться, то Богиня примет их с распростертыми объятиями и признает, как своих. Чушь несусветная, но даже демонам надо во что-то верить. Люди тянутся к тому, чего им не хватает. А чего не хватает демонам? Души! Вот одухотворенности они и ищут. Хаос не может им этого дать – он стихия...
Глава 9
– Ну что, будущие воители? – С воодушевленным возгласом я ворвался в комнату гостевого дома трактирщика Гриса. В самом трактире он запретил им светиться, даже во внутреннем дворе, пусть и мельком. По его словам, могли пойти ненужные слухи. Хотя их и без того немало.
Многие демоны, судя по всему, завидующие положению Гриса, называют его «любителем потерянных душ». Звучит жутковато, если брать в расчет слухи о демонах этого мира, как и многих других, я думаю. Мне почему-то кажется, что такие же проклятые существа в каждом мире найдутся. Наверняка разные, но такие одинаковые.
Но не об этом сейчас... я уже говорил, что Грис сразу пришелся мне по душе, и основным фактором моего расположения стало его отношение к тем, с кем судьба оказалась слишком жестока. Возможно, в глазах трактирщика и я был таким, поэтому он меня и принял.
Сейчас же он позволил моим рабам набраться сил в комнате прислуги гостевого дома, расположенного чуть в отдалении от самого трактира. Меня выгнал, а их приютил. И я даже не смею держать обиду на старика. Он в который раз проявил благородство, даже несмотря на то, что мы теперь чужие люди.