Эта картина заставила меня скривиться, но не от презрения, нет. Чистая солидарность с варкийцем. Ему наверняка больно, все-таки удары летят крайне неприятные и ощутимые, но он стойко держится под ними, не шелохнувшись. Такой выдержке можно только позавидовать.
– Прошу, не гневайтесь на это глупое дитя, – обратился ко мне Криль, – гормоны, там и всякое... женское, – он витиевато крутанул рукой в воздухе.
– А она действительно твоя сестра? – Задал я самый нейтральный вопрос, давая себе возможность переварить случившееся.
– Ну... – поджал в ухмылке губы акторианец, – ...все мы братья и сестры...
– Под одним небом ходим... – улыбнулся я в ответ.
– Ага, и одним воздухом дышим! – Криль рассмеялся, и я ответил ему тем же, однако и мой, и его взгляды сейчас выражали совсем не веселье.
Несмотря на споры и ругань, мой отряд довольно-таки быстро собрался в путь. Новость о том, что нам придется покинуть владения Гриса, никому не придала энтузиазма, однако и уныния на лицах своих людей я не обнаружил. Даже Нуни вела себя смиренно. Объектом ненависти она теперь выбрала Вайсура. Жаль парня, судя по всему, он реально заботился о рабах до того, как на горизонте появился я, весь из себя решительный и смертоносный. Да и насчет взаимоотношений этой странной парочки у меня возникает ряд сомнений. По словам того же Криля, девушка любит выдавать желаемое за действительное. В то время как ее избранник обрел хозяина в лице меня, и теперь будет служить мне до самой смерти. Разрыв связи он обозначил своей смертью, но что-то мне подсказывает, что и моя сгодится...
Постепенно густеющая полутьма опускающихся на Пустоши сумерек прикрыла наш отход из такого уютного и безопасного постоялого двора. Я говорил, что обрывать связи с прошлым надо без сожаления, но самому мне сдержанности не хватило как и сил, чтобы удержать тяжелый вздох, спровоцированный картиной удаляющихся огней района, который дал мне возможность окрепнуть в этом мире.
Удивительное дело, когда томление в теплом гнезде комфорта вязкой жижей утягивает нас в свои объятия, мысли всегда уносятся куда-то за горизонт. Туда, где легендарные герои возносят к небесам свои имена, где решаются судьбы миров и народов, где принцы спасают принцесс, где воины тела познают силу, а воины мысли обретают мудрость. Масштабы всегда разные, ведь порой люди грезят и о чем-то более приземленном, как элементарное признание своего мастерства, например. Но сути это не меняет, ведь за баррикадами иллюзий тело и дух резонируют из-за отсутствия гармонии. Людей манит дорога, которую освещает яркая звезда по имени «Мечта».
Вот и сейчас так, только монета легка на другую сторону, открывая глазам теплые картины безмятежности и определенности. За чуть более четыре месяца я успел привыкнуть к этому месту. Видимо сказалась опасность и жестокость мира. В таких местах уютный дом подобен божественной цитадели, святилищу. Однако приоткрывшаяся память подсказала мне термин из прошлой жизни: «борьба с демонами». Да, как оказалось, я сражался с ними еще тогда. Только другие они там. Демоны того мира живут лишь в головах людей, и должен признать, там они гораздо опаснее...
*****
В замке Лорда Тухора, по обыкновению царила гнетущая атмосфера. Рабы дрожащими от страха тенями таились в нелюдимых закоулках, в надежде, что их минует судьба тех, чья агония скрежещущим стоном проносилась по вентиляции прямиком из нижнего яруса замка. Это место, беззвучным шепотом называли «кукольной мастерской». Рабы, и слуги в этом замке занимали практически идентичную социальную нишу, поэтому одинаково боялись обратиться этой самой куклой, безвольной сломленной оболочкой живого существа.
– Ыаааауууу... – раздалось протяжное гудение стен замка.
– Кажется, мой сын вернулся с задания слишком взбудораженный, – тронная зала отозвалась басом на завывания очередной жертвы, готовой вот-вот стать новой игрушкой младшего сына Лорда. – С чем это связано, Равиос?
– У меня нет ответа, господин... – сухо, совершенно без эмоций отозвался воин с черными провалами тьмы вместо привычных желтых глаз.
– Хочешь сказать, что ничего примечательного не случилось?! – Неожиданно взревел Высший демон, приподнимаясь на троне.
– Мне известно, что в свите молодого господина немало ваших «глаз и ушей», но я не ведаю, что доносят их языки по возвращению в Сарос. – На лице воителя не дрогнул ни один мускул, даже несмотря на давление ауры правителя. Каждый Высший обладал этой таинственной силой. Хаос в их благородной крови отметился особо сильно, что позволяло ее носителям повелевать «простыми» демонами. Однако не всеми, ведь «черных» оберегала крупица Тьмы, с которой они научились взаимодействовать. За это их презирали, но чувства эти возникали в сердцах подданных других Доминионов из-за элементарного страха. Демоны ненавидели страх, но более всего тех, кто пробуждает в них это мерзкое чувство.