– Не думал, что ты любишь подобные забавы... – скривился Убэд, пытаясь залить сладостью вина отвратительный привкус своего нынешнего настроения. Но попытка провалилась.
– Ха! – Велиар хлопнул себя по колену, – только не говорите, что вы считаете меня твердолобым армейцем? Кровь, вино, мясо и женщины... так, кажется? – Хрупкая посуда задребезжала от рокочущего смеха демона высшей крови.
– Если уж мыслить в подобном ключе, то и я не прочь называться «твердолобым армейцем», – подключился к веселью Лофанк.
Шутка произвела эффект и на Убэда. Будто позабыв о своих проблемах, он отдался ее мимолетному влиянию и смеялся вместе с братьями. К слову, демоны предпочитали не связывать себя узами крови меж собой, и называли друг друга братьями скорее в качестве признания силы и влияния.
В давние времена, на заре становления хаосисткой цивилизации, Пустошами правила одна семья, но после смерти Первого Императора, все пошло прахом. Дележка власти, предательства, откровенная ненависть, а в заключении братоубийство. Узы крови – это слабость, с тех пор иного мнения не найти среди демонов.
– Тухор, брат мой, что тебя гложет? Неужели пришлось расстаться с полюбившейся рабыней, чтобы собрать десяток для этого представления? – Несмотря на то, что хозяином земель являлся Убэд, Велиар чувствовал грань дозволенного, и с молчаливого согласия собрата, позволял себе некие вольности. – Говорят, они у тебя имеют свойство заканчиваться.
Тухор горько ухмыльнулся и закинул в рот целую горсть болотных ягод, кислота которых немного привела Лорда в тонус:
– Вот смотрю на тебя, и понять не могу, как такие маленькие уши, улавливают столько слухов?
Велиар удивленно вскинул брови и обратился к Убэду:
– Если раньше я ставил под вопрос, кто из вас одержит победу в честном поединке, то сейчас уверен, что ты. Что-то расклеился наш брат...
– Кстати, на счет слухов... твой младший сын тоже приехал сюда со своей коллекцией «кукол»? – С искренним любопытством задал вопрос Лофанк.
– Приехал...
– Удавил бы его и дело с концом, – хмыкнул Велиар, – свои нервы дороже.
– А сам бы удавил? – Едва не повысив голос, рыкнул Тухор.
– Да легко! Как там земледельцы поговаривают? «Поля надо зачищать от сорняков, иначе беда придет, вместо урожая». Вот! – Отмахнулся Велиор. – Главное, чтобы было что выращивать на этом поле, верно же я говорю? – Последняя фраза адресовалась Убэду. Он лишь скрипнул зубами, вглядываясь в веселое лицо Велиара, но не удостоил того ответом.
– Нельзя устраивать такие забавы и при этом хмуриться, подобно голодному ящеру... – стушевался Лорд Осторна, – встречать и провожать дни надо с улыбкой, ибо наши проблемы – лишь радость для врага.
– Это ты про нас? – Левая бровь Тухора непроизвольно дернулась вверх.
– Я чту закон и баланс, путь к которому мы, как и предки преодолевали через реки крови и города из костей наших собратьев... – скривился Велиор, вмиг теряя былое веселье, – если есть проблемы способные пошатнуть этот мир, то я готов помочь, не более.
– С Тухором-то понятно... – беззлобно ухмыльнулся Лофанк, – ...а Убэду ты как помогать собрался?
– Овладею лучшей из рабынь и подарю ему дитя, что она понесет! – Тут же нашелся что ответить Велиор. – Отдал бы любого из нынешних сыновей, но они воспитаны моей волей, поэтому никогда не примут его как отца.
В смотровой комнате на мгновение воцарилась абсолютная тишина. Каждый из Лордов думал о чем-то своем, но не спешил делиться мыслями, поэтому всегда справедливый и рассудительный Лафанк решил нарушить это гнетущее молчание:
– Думаю, Великие Лорды сами решат свои проблемы. Давайте лучше насладиться представлением! – Он заговорщицки улыбнулся, теряя свой взгляд на площади. – Я подобрал парочку интересных экземпляров, и мне жуть как любопытно, какую цену за них выбьет этот мастер дешевой пантомимы...
*****
– Ликуйте, смертные! Настал черед кульминации! – Надрывая связки, привлек к себе внимание ведущий, сразу после того, как к очередному покупателю увели крепкого плохотлийца.
На мой взгляд – весьма занятный народец. Это я о детях Огненного Холнара. Природа их силы, наверное, ближе всего к Хаосу. Может поэтому демоны чаще именно с плохотлийцами находят общий язык, не знаю. Но сходятся они, по понятным причинам, именно на любви к разрушению.
Даже во взгляде плененного мужчины, тело которого напоминает растрескавшуюся от магмы землю, я не заметил отчаяния. Он словно принял свою судьбу, но решил, что и новая жизнь способна принести ему удовольствие. Что самое интересное, скорее всего, этот мужчина прав в своих суждениях, ведь выкупили его разломщики. Причем, судя по виду, весьма опытные воины.