– Это моя вина, господин... – вышел вперед Вайсур и смиренно поклонился, – ...дать отряду время для отдыха – тоже моя идея. Но прежде мы проверили каждое ответвление в этой пещере, да и я постоянно говорил с ветром...
Я нахмурился, окинув взглядом элиту своей армии, и перевел взгляд на затылок варкийца:
– Я хочу видеть твои глаза! – Мой слуга, обрекший себя на вечную службу клятвой жизни, несмело поднял голову. – Что случается, когда ветер перестает гулять в нужном тебе направлении, Вайсур?
– Я становлюсь слепым, но...
– Без «но», Вайсур! – Жестким, но спокойным голосом оборвал я попытку варкийца оправдаться. Он снова потупил взгляд, а члены его отряда тут же вторили командиру. Даже Криль не стал лезть со своими умозаключениями, но это меня сейчас совершенно не удивляло. Несмотря на негласную связь в обоих из миров, обсуждать которую мы пока не решились, акторианец искусно балансировал в границах субординации и дружбы.
– Не хочу прерывать урок правил поведения в Диких Землях, но мы явились сюда с определенной целью... – темнота, вдруг, исторгла холодный образ сектанта. Он одарил моих людей снисходительной ухмылкой и, склонив голову набок, посмотрел на меня.
Знаю, отчитывать близких людей при посторонних не лучший вариант воспитания. Это оскорбит их гордость и добавит некоего холода в наших взаимоотношениях, но к этому я готов. Тем более, что их ждет искупление...
– Вы правы, многоуважаемый Ибнагир, – кивнул я сектанту и улыбнулся. В эту эмоцию я вложил все свое отношение к порождениям Хаоса, и это, ожидаемо, привело демона в ярость. Остальные демоны даже в глаза этой братии смотреть боятся, а я так нагло транслирую ему свое презрение. Но прежде чем он начал выказывать недовольство, я, продолжая прожигать демона насмешливым взглядом, обратился к зеленоволосой бестии, что сейчас с досадой грызла свои пышные губы:
– Элиф! Этот сектант жаждет стать свидетелем уничтожения сердца червоточины, энергия которого должна стать твоей... – я пронзил взглядом лицо ринийки, с удовольствием обнаружив на нем зарождающуюся решимость, – ...заслужи ее!
В мгновение пузырь напряжения взорвался пронзительным воплем сектанта, призвавшего Тьму себе на помощь. Как и ожидалось, этот глупец, вознамерится придавить меня стихийным тараном, который в обыкновении должен служить преградой на пути чужого воздействия. Но хаосит решил, что обычному желтоглазому демону будет достаточно обычного соприкосновения с Тьмой. Полагаю, так и есть, Первозданная Тьма способна аннигилировать практически все, особенно такие уязвимые перед ней порождения Хаоса. Но вот незадача... я к ним не отношусь!
– К...к... как? – Отшатнулся демон, когда черная пелена прошла сквозь меня, с озорством растрепав изрядно отросшие волосы, и тут же истлела под давлением Пустошей. Но главное, что поразило Ибнагира – моя поза ничуть не изменилась, а улыбка стала лишь шире.
– Умри! – Стены пещеры размножили и будто усилили вопль девушки. Тут же последовал металлический звон, родившийся во время столкновения кинжалов Элиф и боевого посоха сектанта. Стоит отдать ему должное – растерянность демона быстро уступила боевому исступлению.
Руны на теле Ибнагира запылали черной дымкой, окутывая сектанта в подобие кокона. Элиф носилась вокруг сектанта размытым зеленым шлейфом, но никак не могла найти брешь в этой защите. Ринийка рычала, словно вот-вот собиралась обратиться диким зверем. Она, конечно, им и являлась, но только в душе...
– Почему ваш соратник бьется в одиночку? – Повысил я голос, силясь перекричать звуки боя.
– Так ты же сказал... – начал Криль, но выразить свое негодование ему не позволил Вайсур, непривычно яростно призвавший свой отряд к бою.
– Так-то лучше... – прошептал я себе под нос, наслаждаясь бушующей, живой картиной, заигравшей новыми красками.
Элиф молниеносно перестроила тактику сражения, обратившись из лесного берсеркера в боевое звено единого, многофункционального организма, каждое движение которого сопровождается командой лидера. Впрочем, остальные члены отряда не отставали от девушки.
Криль атаковал сектанта со средней дистанции, принуждая его концентрировать на себе большую часть сил. Монструозная алебарда акторианца не то оружие, которое можно игнорировать. Один демон уже проникся его мощью... до смерти. А этот сопротивляется пока.