Даже Исса, которой вспомнились подслушанные разговоры воинов. Они свято верили, что идут на риск, отдаваясь власти стихии. «Порой даже пустая червоточина несет в себе смертельную опасность...» – эту фразу Исса слышала слишком часто. Значит, не все воины подчинялись приказам господина...
– Несмотря на то, что убийство сектанта вынужденная мера, этот инцидент лишь ускорил ход того, что и так надвигалось, – Альм равнодушно пожал плечами, – ведь мне нужен трон Первого Доминиона!
– Может, сразу все Пустоши под себя подомнем, а? – Усмехнулся Криль, но, споткнувшись о хмурый взгляд Альма, тут же выставил руки в примирительном жесте: – Всему свое время, я понял.
– Нет моей цели в том, чтобы становиться правителем этих земель. – С чувством возмутился Альм. – Я делился с вами мечтами, которые отныне не так уж призрачны. Мы добудем себе ключ от дверей в Срединный мир. И сделаем это не как наемники, а как полноправные владельцы ключа! Возможно, не все из нас пройдут этот путь до конца, но по лестнице мы взойдем вместе как семья!
Слова господина резонансом прошлись по душам соратников. Все смотрели на него ошеломленными немыми истуканами, в глазах которых распалялась надежда. Риск оценил каждый, но награда так сладка и желанна...
– Как прикажете, господин! – Первым поднялся Вайсур, с почтением опустив голову.
– Я с тобой! – Поднялся Тинон, прижав руку к груди.
– И я…
– И да воспылают мертвые земли очищающим огнем!
Каждый посчитал своим долгом выразить готовность идти до конца. Незаданные вопросы застывали на губах, растворяясь в улыбках. Некоторые из них казались даже безумными и кровожадными, но это не пугали юную датарийскую деву. Как никто она знала, что судьба порой весьма и весьма жестока, и порой заставляет людей принимать неоднозначные решения. А жизнь с каждым новым днем демонстрирует свою многогранность. Сегодня ты раб, а завтра ты воин, идущий путем справедливости и силы, дабы обрести счастье для себя и своих близких. Исса улыбалась, потому что, кажется, завтра, потихоньку наступает...
– Давай-ка, прогуляемся, поговорим о былом... – сквозь бурлящий гомон переговоров, порезался голос Криля. Он единственный не высказался о готовности следовать за своим господином, но этот факт как-то расплылся в океане бушующих эмоций, ныне ставшем полноправным хозяином застолья.
Глава 25
– Пафоса ты нагнал, конечно-о-о-о... – протянул Криль, забивая трубку россыпью каких-то сушеных трав.
Я с любопытством наблюдал за таинством процесса, который за обе мои жизни так и не приглянулся. Я и алкоголь то не сильно уважал, а табак и прочие его аналоги вовсе обошли меня стороной, лишь изредка задевая плечо. Слишком уж доходчиво мне пояснили обо всех плюсах и минусах этих неоднозначных радостей.
Сначала старик Шарк, ставший первым застройщиком фундамента, на котором я рос как мужчина. А затем и сама жизнь. Жаль, что вспоминается мне пока только плохое: башня, казематы, насилие, кровь, отчаяние, тоска и безмерный сосуд изливающейся ярости. Пожалуй, все. Даже время ученичества пусть и пропитаны двоякой заботой старика, закончилось чем-то плохим, я чувствую. Но благо есть Криль... Кто знает, возможно, этот парень поможет мне что-нибудь вспомнить.
– Не знал, что ты куришь, – хмыкнул я, не решаясь начать разговор по существу.
– А я и не курил! – Вскинул подбородок акторианец. – Оно, знаешь ли, мне по природе противопоказано. Виданное ли дело, чтобы со дна морского подниматься, чтобы дым попускать. Это тебе не из шатра выйти... – Криль изобразил улыбку уголком губ, едва не выронив чуть сплющенный мундштук изо рта. – Оп-па... отвык, совсем отвык.
– Эм... – озадачено вскинул я брови.
– Да это эхо прошлой жизни! – Отмахнулся мой соратник и принялся разогревать огнивом сухую смесь табака. – Не поверишь, и не помнил об этой своей проблеме, пока тут не столкнулся с «коллегами». Купил... – Криль дробными вдохами раскурил свою трубку и протяжно выдохнул густой сизый дым. К слову, весьма приятный запах, хотя и не мое это. – Купил и закидал хламом в сундуке. А тут, прямо как чувствовал, что надо бы трубочку-то достать...
– Настолько проникся моей речью? – Я подкинул немного дров в костер уличного очага и с ухмылкой глянул на друга. Мне на мгновение стало так хорошо и свободно, что захотелось вскинуть голову к небу, чтобы утонуть в мерцающем черном океане, границ которого просто нет, а затем наполнить легкие свежим воздухом и протяжно выдохнуть. Память тела подсказала, что в такие моменты сердце бьется так, словно готовится к бою, но в то же время на душе такая легкость и умиротворение! Ночь, мерно потрескивающий костер и рядом близкий... человек, с которым можно разделить нечто сокровенное. М-да, человек. Пожалуй, я впервые ощутил себя тем, кем был когда-то.