В очередной раз ничего не понимаю. Я нахожусь на минном поле, в котором хаотично спрятаны снаряды. Каждый шаг для меня — риск нарваться на неприятности в виде разрушающего гнева Арчи. При чём, каждый раз «бомбит» по-разному. Не бывает одинаковых взрывов, каждый имеет свои разрушающие последствия.
Прошло около трёх часов с момента возвращения в комнату, а я всё не могла уснуть. Даже горячий душ не помог расслабиться. Иногда с опаской поглядывала на дверь, но, к моему счастью, она ни разу не открылась. Не было слышно даже шагов. Дом словно уснул. Будто в нём спали все, кроме меня.
Очень хотелось пить, но в графине на журнальном столике, как назло, не оказалось воды. Некоторое время поколебавшись, всё же решила спуститься вниз на кухню, чтобы наполнить графин.
Аккуратно открыла дверь. В особняке стояла оглушительная тишина, не было слышно ни малейшего движения, ни шороха. На цыпочках спустилась на первый этаж, добралась на кухню, где оставила пустой графин, взяв взамен наполненный.
Покинула кухню и бросила взгляд в сторону библиотеки, откуда исходил тусклый свет от настольной лампы. Вероятно, его просто забыли выключить. Поколебавшись, решила зайти в библиотеку, выключить свет, а заодно забрать недочитанную книгу. Уснуть у меня вряд ли теперь получиться, поэтому скоротаю время за прочтением.
Вошла в библиотеку, в руке дрогнул графин с водой. Я поняла, что совершила большую ошибку.
Опустив голову, в кресле сидел обнаженный по пояс Арчи. На его коленях лежал тот самый плед, который он с меня сдёрнул. Запустив руки в волосы, он смотрел вниз, погруженный в свои мысли.
Поняв, что я всё ещё остаюсь незамеченной, на цыпочках вышла из библиотеки и направилась к лестнице, стараясь не привлекать к себе внимание.
Успела сделать лишь несколько шагов, после чего меня довольно грубо схватили за плечо и развернули. Графин выпал из руки, ударившись об пол, разлетелся на осколки. Капли воды и мелкие осколки ударили по обнаженными ногам… Но всё это оказалось сущими пустяками, когда я увидела тяжелый взгляд Арчи, услышала его рваное дыхание.
— Далеко собралась? — хищно произнёс мужчина, подняв моё лицо за подбородок.
— К себе, — стараясь сохранить голос ровным, ответила, смело глядя в его тёмные глаза.
— Но пришла ко мне.
Сердце учащенно забилось, когда Арчи сделал ещё шаг ко мне, игнорируя осколки. Внезапно он подхватил меня на руки и прижал спиной к стене, заставляя обхватить ногами его обнаженный торс. Не дав мне возможности опомниться, мужчина впился в мои губы таким крепким, таким жестоким поцелуем, что я почувствовала вкус крови. Таким поцелуем не ласкают — им клеймят, им убивают.
Сильные пальцы мужчины до боли сжали ягодицы. Чёрная сорочка на мне задралась до середины спины. Воздуха не хватало. С силой схватилась за плечи Арчи, царапая, пытаясь передать всю ту боль, которую он причинял мне одним только поцелуем.
Испытав встречную боль, мужчина издал рык, сильнее прижал меня к стене, выбивая из груди сдавленный стон. Рукой нащупал кружево трусиков. Я услышала треск рвущейся ткани, ощутила, как больно она впилась в кожу, оставляя следы.
Почувствовав его пальцы на обнаженной плоти, попыталась отстраниться, но Арчи не позволил. Его губы жадно целовали тонкую кожу шеи, оставляя засосы, в то время как его пальцы нагло проникали в мои складки, заставляя извиваться, чтобы не было так больно.
Отстранившись на короткий миг, мужчина спустил пижамные штаны. Прислонился головкой члена к моим нежным складкам и одним резким движением вошёл на всю длину, заставив вскрикнуть.
Его толчки были грубыми, поцелуи жадными, прикосновения обжигающими. Темп нарастал. Мои стоны становились громче, он ловил каждый из них, запечатывая в поцелуе. Его мощь была губительной, разрушая меня и растворяя в своём проявлении. Разум затуманился, я хваталась за его плечи и спину, как за спасительную соломинку.
Это неправильно. Так не должно быть. Я не должна этого испытывать…
Низ живота сжало тугой пружиной. Ещё один сильный толчок и по телу разлилось тепло. Стенки сжались вокруг его плоти. Арчи издал утробный рык, вколачивая меня в стену, заставляя кричать, царапаться и снова сжиматься.
Тяжело дыша, мужчина по-прежнему прижимал меня к стене, пока его член пульсировал внутри меня. Теперь он нежно целовал мою шею, поглаживал по спине и ягодицам, пуская мурашки по коже. Вдыхал мой запах.