Расстояние между новорожденным шаманом и духом сокращалось. Ака приземлилась на крыше небольшого дома, находившегося на окраине города, и влетела внутрь, прямо через окно, словно этой преграды и не было. И вот уже Ака оказалась посреди комнаты, внутреннее убранство которой было не менее необычным, чем все, уже виденное духом снаружи. Но сейчас это было не столь важно. Внимание Аки заняла колыбель, стоящая у стены сбоку от дивана, и мальчик, лежащий в ней. Дух зависла над маленьким свертком и какое-то время вдумчиво смотрела в личико малыша. Но ей пришлось отвлечься: на диване сидела девушка лет девятнадцати, держа в руках письмо, которое она перечитывала, и, что было странно, руки ее дрожали. Рядом на диване лежала ручка, что означало, что это именно девушка написала письмо и теперь решила пробежать по нему глазами.
Что-то в этой картине заставило Аку заволноваться. Залетев девушке за спину, дух принялась читать письмо, все больше и больше привыкая к языку людей, которым она в последующие долгие годы будет постоянно пользоваться. Девушка не видела Аку, и даже если бы ей пришло в голову повернуться, то и тогда она бы не смогла разглядеть духа. Люди их просто не видят. Ака пробежалась глазами по письму.
«Дорогие мама и брат. Мне действительно очень стыдно, но я все же ухожу из дома. Без Матвея. Думаю, ты, мама, намного лучше о нем позаботишься, чем такая как я. Я только начала жить, и я не хочу, чтобы уже почти в девятнадцать лет я была связана маленьким ребенком. Пожалуйста, если сможете, простите меня.
Катя».
«Вот в чем дело… Ну что же, эта история стара как мир», — подумала Ака, дочитав письмо. Девушка положила лист бумаги на диван, а сама поднялась, бросила на мирно спящего сына короткий взгляд, в котором не было ни капли сожаления или сомнения, и вышла из комнаты, забрав большую сумку, стоящую у ног девушки. Набросив на себя пальто и обувшись, Катя в спешке покинула дом.
Дух задумчиво посмотрела на мальчика. «Значит, ты у нас без родителей, — размышляла она. – Ну что ж, может, в какой-то степени оно и к лучшему». Ака зависла в воздухе над личиком ребенка и повесила ему на шею сосуд, отчего мальчик тревожно зашевелился во сне, но не проснулся. А затем залетела внутрь, удобно свернувшись внутри. После такого долго путешествия из Мира духов в этот Мир ей сейчас очень нужен был отдых.
Часть 1 Глава 1
Восемнадцать лет спустя
— Вот только не надо меня снова отговаривать. Я все равно пойду на вечеринку, — выкладывая книги из рюкзака на стол, заявил Матвей.
Ака неизменным светлым шариком висела перед шаманом, наблюдая за его порядком резковатыми движения. Такой разговор происходил между ними не впервые, и дух только вдохнула поглубже, набираясь терпения. И только после этого окинула взглядом рабочее место Матвея и, скосив глаза на учебник, который парень так нещадно бросил на стол, Ака заметила:
— Анатомия не виновата в твоем настроении, не швыряй ее так. Тебе еще пригодиться этот учебник. Если он развалится, как экзамен сдавать будешь?
Движения Матвея стали более аккуратными, но только из-за того, что он действительно вспомнил, что с книгой надо бы и помягче, не такая уж она и новая. Вот парень разложил учебники по местам и упал на кровать, что стояла напротив стола у левой стены. Ака зависла возле лица шамана.
— Ака, почему ты думаешь, что именно сегодня вечером духи должны меня позвать решать их проблемы? — проговорил Матвей. — У Влада сегодня день рождения, а он мой одногруппник, не могу же я отказаться отпраздновать с ним.
— Ты же знаешь, что духи обращаются к тебе ближе к вечеру или даже ночи. Скажи спасибо, что утром и днем ты обычно свободен, — и в который раз Ака говорила ему эти слова?
— О да, как благородно с вашей стороны дать мне почти спокойно учиться, — привычно съязвил парень.
Но они оба хорошо понимали, отчего духи несутся к шаману ближе к вечеру. Еще с давних времен у духов повелось «буянить», как любил выражаться Матвей, когда люди более свободны, то есть после работы. И хотя больше проблем они обычно наводили на природу, но даже и эти выходки любили проводить ближе к темноте. Хотя всякое бывало, иногда их «шалости» перепадали и на дневное время.