Вдруг один из патрульных остановился и навострил уши. Динка со Шторосом застыли, прижавшись к земле.
— Там, — тихо подумал Шторос, указывая носом вперед. Динка присмотрелась и тоже заметила, что у скал копошится черный варрэн.
— Что он делает? — спросила Динка, стараясь разглядеть происходящее, не сильно высовываясь из укрытия. Со стороны движения черного выглядели бессмысленно. Он словно пытался рыть стену около огромного красного валуна. Он заходил к валуну то с одной стороны, то с другой. Бессильно царапал его когтями, пытался сдвинуть, упираясь плечом, забирался на него сверху. Но камень явно был ему не по зубам.
— Пошли, — вдруг прозвучал в Динкиной голове голос Штороса, выдергивая ее из размышлений. Все трое патрульных заметили одинокого варрэна и теперь направлялись к нему. А Шторос подсадил Динку на каменный уступ, вскарабкался сам, и вдвоем они подкрались совсем близко к черному варрэну.
Шторос выбрал идеальное место для наблюдения — все происходящее вдоль скал было перед ними, как на ладони. А сами они сливались с нагромождением камней и были совсем не видны.
Динка смогла рассмотреть варрэна подробнее. Это был некрупный и очень худой, в сравнении с тем же Шторосом, молодой варрэн. На его голове были небольшие рожки, едва возвышающиеся над ушами. Но то, с каким упорством он воевал с камнем, наводило на мысль о том, что это не просто камень.
Динка со Шторосом подкрались так близко к нему, что Динка слышала его шумное дыхание, но он их не замечал. Периодически он вскидывал голову и настороженно оглядывался. Но патрульные тоже шли к нему с подветренной стороны, поэтому он заметил их слишком поздно. Вместо того, чтобы приветствовать соплеменников, молодой варрэн подхватил с земли маленькую тушку дичи и бросился бежать.
— Эй, а ты что здесь делаешь? — трое черных самцов настигли молодого варрэна в три прыжка и мгновенно окружили. Они были слишком уверены в себе и своей силе и не скрывали свои мысли, которые, пусть и с трудом, улавливали Динка со Шторосом, притаившиеся рядом.
— Я-я… охотился, — едва слышно подумал молодой варрэн, подгибая ноги и низко приседая перед крупными самцами.
— А-а, пожрать захотел, недоносок? — издевательски захохотали они в ответ. По сравнению с ними парнишка выглядел тощим и облезлым.
— Братишки у меня в пещере маленькие, — мысленно прошептал парень, зажмурив глаза и вжимаясь в землю. — Кушать просят, скулят. Позвольте мне пройти!
— Ты мясо то оставь, а сам иди, — хмыкнул один из патрульных. — Помнится, что с вашей пещеры самая маленькая дань за этот решег поступила.
— Пожалуйста, не забирайте! — пискнул парень, крепко сжимая зубами тушку. — Я не могу вернуться домой без еды! У меня семеро малышей дома! А мать вы забрали в пещеру Вожака. Как нам выживать?
— Ну и сдохнут отродья, горя мало, — цинично проговорил патрульный, вразвалочку приближаясь и одним рывком выхватывая изо рта парня тушку. — Твоя мать еще нарожает Вожаку настоящих воинов.
Молодой варрэн жалобно заскулил.
Динка дернулась в своем укрытии, сила полыхнула внутри нее от увиденной несправедливости, но Шторос прижал ее к скалам своим телом, не давая пошевелиться.
— Тише, Динка! Не сейчас! Мы должны сначала все выяснить, — ворвалась в ее сознание мысль Штороса. Они снова притаились, продолжая наблюдать разворачивающуюся на их глазах сцену. К счастью, патрульные были так увлечены издевательствами над молодым варрэном, что не заметили шороха со стороны.
— Ну! Можешь идти, — снисходительно разрешил предводитель патруля, подбрасывая в воздух тушку, роняя ее на землю, и снова подхватывая лапой, как играющий кот. Молодой варрэн, шумно втягивая в себя воздух, медленно пополз в сторону, торопясь убраться с глаз соплеменников. Варрэны патруля молча провожали его взглядами, и их желтые глаза светились в полутьме, как фонари.
— Ублюдки! Сволочи! — взвыла Динка про себя, стараясь, чтобы услышал ее только Шторос.
— Сиди тихо, — велел он. — Я сейчас вернусь.
— Нет, не уходи! — испуганно прошептала Динка. — Их слишком много.
Но Шторос наградил ее снисходительным взглядом
А патруль, довольно переглядываясь, двинулся дальше. Брошенная на земле тушка так и осталась валяться.