— Я хочу тебя! — заурчала Динка, томно прикрыв глаза и прямо под ним обращаясь человеком. — Возьми меня!
Но Дайм вдруг помрачнел и, скатившись с нее, обратился варрэном.
— Не сейчас, прости. У нас много дел, и внизу нас уже ждут, — проговорил он, не глядя на нее.
— Как скажешь, — погрустнев, согласилась Динка, тоже оборачиваясь обратно в звериный вид. — Мне тоже надо идти. Раненым нужна моя помощь.
Вниз они шли бок о бок, задумавшись каждый о своем.
Едва они спустились до жилых уровней, как к Дайму, как в том сне, начали подходить варрэны и Варрэн-Лин. Кто-то спрашивал совета. Кто-то нуждался в помощи. Кто-то просто спешил поклониться и засвидетельствовать свое почтение новому Вожаку. В том, что Дайм теперь Вожак, сомневался лишь он один. Остальные черные приняли эту счастливую для всех новость, как данность.
Дайм прошел вместе с Динкой на лечебную площадку, чтобы узнать, как идут на поправку раненые.
— Тише! — Динка увидела Килейна и Ринэйру издалека и потянула Дайма за лежащий на земле валун. — Давай послушаем, что они про нас говорят! — мысленно прошептала она Дайму, хитро поглядывая на него.
— Не стоит подслушивать чужие разговоры, — укоризненно покачал головой Дайм.
— Если у них что-то личное, то мы не сможем их услышать, — пожала плечами Динка и поползла вперед, пригибая голову и скрываясь за нагромождением камней. — А вдруг мы сможем узнать, что думают черные по поводу тебя?
— Ты не можешь сейчас уйти! — возмущалась Ринэйра, нервно дергая хвостом. — Ты едва на ногах стоишь. Посмотри на себя!
— Я нужен Дайму. Уверен, он найдет для меня подходящее поручение, — отвечал ей Килейн, счищая со своего тела пучки травы, которыми был обложен. Он еще не оброс шерстью, и было видно его голую кожу, на которой затягивались последние ссадины. В отличие от Штороса, кожа у него была не розовая, а тоже черная. — Или ты думала, что я буду сидеть у твоего хвоста? — добавил он насмешливо.
— И будешь! — упрямо возразила Ринэйра. — Ты будешь делать то, что скажу тебе я. А не Дайм.
— Это почему же? — удивился Килейн. — Дайм — мой Вожак. А ты… просто Варрэн-Лин.
— Я Варрэн-Лин! — зарычала Ринэйра, окончательно выходя из себя и позволив искрам силы пробежать по ее шкуре от макушки до хвоста. — Твоя Варрэн-Лин! И ты будешь подчиняться мне!
Килейн, уже повернувшийся было, чтобы уйти, замер в нелепой позе с поднятой лапой.
— Что ты сказала? — медленно повернулся он.
Динка смотрела на разворачивающееся на ее глазах признание, затаив дыхание. По телу побежали мурашки и сердце неистово заколотилось в груди, словно это она сейчас скажет мужчине заветные слова. Она так увлеклась, что не сразу заметила, что Дайм тихо оттягивает ее прочь, ухватившись зубами за гриву.
— Пусти меня, — заворчала она. — Я хочу посмотреть, чем это кончится.
— Пойдем отсюда, — строго сказал ей Дайм. — Они сами разберутся. Не стоит им мешать.
Динка, бросив последний взгляд на застывших друг напротив друга мужчину и женщину, разочарованно позволила увести себя.
— Вот, значит, как это бывает, — вздохнула она мечтательно, когда они уже отошли на достаточное расстояние от влюбленных.
— У всех по разному, — философски заметил Дайм и легко толкнул Динку плечом, указывая куда-то носом. — Это и есть Ириэйт?
Динка присмотрелась и, увидев, несущегося к ним со всех ног юного варрэна, кивнула.
— Он самый. Ты не знаком с ним? Он давно мечтает узнать тебя поближе, — добавила она.
— Иди в пещеру и узнай, что делают парни. А мне нужно поговорить с Ириэйтом, — вдруг велел Дайм. И мотнул головой в сторону их убежища в ответ на вопросительный взгляд Динки.
Динке очень хотелось узнать, о чем будет спрашивать Ириэйта Дайм. Но она покорно поплелась в пещеру. Перечить Вожаку она не стала.
Мой дом рядом с вами
— Как дела? — поинтересовался Шторос, сдвигаясь и давая ей место между ним и Хоегардом, когда Динка приблизилась ко входу в пещеру, у которого они вдвоем сидели. Динка нырнула в открывшуюся лазейку и прижалась к ним обоим. Хоегард отвел взгляд от камня под своими лапами и тоже посмотрел на нее, ожидая ответа.
— Я то в порядке, — отозвалась она. Несмотря на жгучую боль, которую ей причинила проходящая сквозь тело сила, на ней не было ни царапинки. Чего нельзя было сказать о Дайме, который принял на себя весь удар не только силы, но и зубов Варрэн-Лин, и Хоегарде, который помогал ей выводить силу.
— А ты, Хоегард, как себя чувствуешь?
— Все нормально, — отозвался он, снова утыкаясь в камень у своих лап, на котором он что-то выцарапывал когтем. — Раны уже почти затянулись. Еще немного и можно отправляться в путь.