Черные добежали до Дайма и резко затормозили, обнаружив, что он не проявляет агрессии и настроен на беседу. Сверху не было слышно, о чем они говорили, но по внешнему виду членов отряда и Дайма можно было догадаться, что разговор проходит успешно. Закончилось все тем, что все четверо склонились перед Даймом, припав на передние лапы и признав его своим Вожаком. Дайм посмотрел наверх и издал призывный рык.
— Идем, — Шторос соскочил с возвышения. Тирсвад поспешил за ним, а Хоегард задержался, чтобы помочь Динке спуститься. Когда Динка с Хоегардом очутились на закрытой скалами площадке, где они ночевали, Дайм, Шторос, Тирсвад и четверо черных варрэнов кружком сидели рядом со вчерашней тушей кураут и откусывали от нее по очереди куски мяса. Черные подозрительно косились на Штороса и Тирсвада, занявших свое место по обе стороны от Дайма, но агрессии не проявляли. Когда Динка приблизилась, стал слышен их разговор.
— … эта зараза страшнее всех междуусобных войн, которые когда-либо были между нашими племенами, — говорил самый старший из черных с длинными рогами, изгибающимися аж двумя кольцами.
— Есть какой-то способ помочь раненым? — ровно спросил Дайм, метнув быстрый взгляд на Тирсвада.
— Нет, — покачал головой черный. — Или мы до сих пор его не обнаружили. Так и или иначе, каждый покусанный вскоре сходит с ума. Вначале он не может пить воду, вокруг рта его появляется пена, а потом он начинает бросаться на всех вокруг.
— И что же вы делаете со своими ранеными? — спросил Дайм.
— Белые изгоняют заболевших со своей территории, и эти безумцы бродят по нашим угодьям поодиночке или сбиваются в стаи и нападают на все, что движется. Мы же своих просто уничтожаем. Чтобы не плодить заразу.
— Вы поэтому собирались напасть на меня? — заметил Дайм. — Потому что я был один?
— Да, иногда они сбегают, когда понимают, что гибель неизбежна. Мы пытались помочь раненым много раз, но… — черный тяжело вздохнул. — Я не знаю, что делать. Мы посылали гонцов к Вожаку с просьбой о подмоге, и ни один не вернулся. И со стороны долины нет никаких вестей.
Дайм снова бросил тревожный взгляд на Тирсвада. А Динка лихорадочно пыталась сложить в голове обрывки информации, которые она услышала: покусанные сходят с ума, не могут пить воду, появляется вокруг рта пена, бросаются на всех вокруг, гибель неизбежна… Еще глядя на белых варрэнов с дикими взглядами и свалявшейся грязной шерстью, она подумала, что они выглядят нездоровыми. Но предположить такое…
— А откуда взялась эта зараза? — спросила она, вклиниваясь в беседу Дайма с черными. Все взгляды удивленно обратились на нее.
— Ясно откуда — от белых. Все беды от них, — буркнул черный, смутившись. Он не сразу заметил, что среди спутников Дайма есть Варрэн-Лин.
— Надеюсь, что вы с белыми не встречались? И среди вас нет покусанных, — проговорил он настороженно глядя на Тирсвада. — Если есть, то лучше сразу убить этого варрэна. Иначе погибните все.
— Мы идем из племени черных. И никого еще не встречали, кроме вас, — уверенно солгал Дайм. — А Тирсвад — член моей стаи, он давно ушел из своего племени и примкнул ко мне. Он не имеет отношения к той заразе, что сейчас распространяется среди белых.
— Ясно, — кивнул черный. — Куда вы направляетесь? И какие вести из долины?
— Даймир погиб, — ответил Дайм. — Сейчас вместо него возглавляет племя Ринэйра. Она послала меня на границу, чтобы остановить войну и вернуть мужчин домой. Женщинам и детям нужна помощь.
— Что-то случилось? — напрягся черный. Явно было видно, что они не в курсе того, что происходило в долине.
— Это долго рассказывать, — мотнул головой Дайм. — Нам надо спешить на встречу с Красным Вожаком, чтобы заключить перемирие и решить, что делать с белыми и заразой, которую они распространяют.
— Мы идем с вами! — с готовностью отозвался черный. — Хоть ты и не Вожак, я подчиняюсь тебе!
И четверо черных снова склонили головы. Дайм задумчиво опустил взгляд. Поддержка четырех черных варрэнов на переговорах им не помешает. Но нужно было что-то решать с Тирсвадом.
— Где остальные наши мужчины? — спросил Дайм.
— Рассредоточены вдоль границы, — огорченно проговорил черный. — Мы не можем собраться вместе, так как белые лезут отовсюду. И нас осталось очень мало. Всех, кто не погиб в схватке с белыми, мы убиваем сами.