Динка задрожала, едва сдерживаясь, чтобы не крикнуть. Они болтали о чем угодно, но не о том, как помочь Тирсваду. А ей это сейчас представлялось самой важной задачей. Война и договоренности могли подождать, а вот Тирсвад страдал и, возможно, умирал.
— Тише, Динка, — шепнул ей Хоегард, видя, что она нетерпеливо переминается с ноги на ногу. Шторос тоже строго смотрел на нее, без слов приказывая молчать до поры до времени.
— Пойдемте в наш лагерь. Вы, наверное, голодны. Нет ничего хуже, чем обсуждать дела на голодный желудок, — радушно предложил Красный Вожак. И Динка отметила, что, несмотря на то, что они в прошлый раз нарушили договоренности с ним, он оставался безупречно вежлив и гостеприимен. Надежда на то, что он сможет помочь, вспыхнула в ней с новой силой.
— Пленника своего можете поручить моим парням, они за ним присмотрят, — проговорил он, окидывая любопытным взглядом связанного Тирсвада.
Динка не выдержала и оскалилась, припав на передние лапы так, чтобы лежащий на боку Тирсвад оказался у нее под брюхом. Красный Вожак удивленно вскинул брови.
— Дело в том, — медленно начал Дайм, — что это не пленник, а член нашей стаи. Он сейчас болен, и нуждается в помощи. Мы надеялись, что ваш лекарь сможет его исцелить. В вашей армии ведь есть лекарь?
— Болен, говоришь? — подозрительно проговорил Красный Вожак, приближаясь и обнюхивая Тирсвада, не обращая внимания на скалящуюся Динку.
Тирсвад, бывший до этого без сознания, почувствовал чужой запах и, распахнув налитые кровью глаза, завыл и забился в своих путах. Красный Вожак огромным прыжком отскочил от него, вздыбив шерсть на спине и загривке.
— Тирсвад… Тирсвад… Я здесь… — зашептала Динка, обнимая его лапами и пытаясь успокоить. Но он, словно и не слышал ее. Он бился и метался и, казалось, что веревки сейчас не выдержат напора.
— Динка, отойди, — зарычали одновременно Шторос и Дайм, Хоегард молча попытался оттащить ее, но Динка топнула лапой, отталкивая его толчком силы и еще ниже склонилась над Тирсвадом, закрывая от направленных на него взглядов своим телом.
— Боюсь, что член вашей стаи уже погиб, — покачав головой, проговорил Красный Вожак. И Динке показалось, что сердце ее сейчас остановится. — Его ведь укусил белый варрэн?
— Да, — ответил Дайм. — Они напали на него без предупреждения, и один из них укусил его в лапу. С тех пор он болен.
— Соболезную вам, — печально ответил Красный Вожак. — Но эта болезнь не проходит и не лечится.
— Но вы же давно воюете с белыми! — вскричала Динка, не выпуская мечущегося варрэна из своих лап. — Неужели вы не придумали, как помочь раненым?
— Мы их убиваем, — холодно отозвался Красный. — И вам советую не мучить вашего товарища больше. Ему уже ничем не поможешь. Единственное, что вы можете сделать для того, чтобы облегчить его страдания — это убить его.
Динка и трое варрэнов переглянулись. Последняя надежда вылечить Тирсвада рухнула.
— Я понимаю, что он вам всем дорог и, если вы не можете сделать этого сами, то поручите это нам. Мы прикончим его быстро и безболезненно, — проговорил Красный Вожак с сочувствием.
Дайм остановил тяжелый взгляд на морде Тирсвада, покрытой розовой пеной. Динка ошарашенно переводила взгляд с Красного Вожака на Дайма. Это ведь он не серьезно? Как они себе это представляют? Убить Тирсвада? Ее милого, ласкового Тирсвада!
Слезы помутили зрение, и перед глазами словно клубок начали раскручиваться воспоминания. Вот он сжимает ее в объятиях в темной пещере под носом у черного патруля. Вот он просит ее позволить взять ее сзади. Вот вылизывает стертые подушечки на лапах своим мягким языком…
— Динка, — медленно проговорил Дайм, глядя ей в глаза. — Тебе нужно отдохнуть и поспать. Идите со Шторосом и Хоегардом в лагерь, а я присмотрю за Тирсвадом.
Но Динка недоверчиво всматривалась в его глаза и не двигалась с места. Впервые в жизни она не поверила Дайму. Она напряженно вглядывалась в его морду, пытаясь угадать, о чем он думает.
— Уберите Динку, — едва слышно коснулась ее сознания мысль Дайма, глядевшего на Тирсвада. И Динка вдруг поняла, что услышала то, что не предназначалось для нее. Он говорил только для Штороса и Хоегарда. — Я задержусь, а вы не спускайте с нее глаз. Если потребуется, можете применить силу. Я постараюсь закончить быстрее, и присоединюсь к вам.
Она ошарашено смотрела на Дайма и не могла поверить в то, что он это говорил. Он не мог так просто говорить о убийстве Тирсвада. Ведь Тирсвад, он… Он любил Дайма, восхищался им и… готов бы на все ради него.