— Ну же Динка! Скажи им! Я так хочу тебя, что скоро с ума сойду, если ты меня не выберешь, — не унимался Шторос, и Динка почувствовала, как его возбужденный член трется об ее ягодицы.
— Идиот! — зашипел Тирсвад. — О чем ты просишь? У нее же внутри ребенок, а ты собрался пихать туда свой член?
— Сам ты идиот! — не остался в долгу Шторос. — Ребенок в животе, член не достанет до него!
— Шторос, — осадил его Дайм. — Тирсвад прав. Нам стоит поберечь Динку и нашу малышку. Возможно, до родов стоит воздержаться от проникновения.
Динка молча слушала их препирательства, наслаждаясь близостью всех четверых. Она прижималась к груди Дайма, вдыхая его запах и скользя губами по его гладкой коже. Она чувствовала спиной тело Штороса, и его член между своих ягодиц. Обнимала бедрами притихшего Хоегарда. И зарывалась закинутой за голову рукой в гладкую гриву Тирсвада, проводя кончиками пальцев по шершавой поверхности его рогов.
— Беременность — не болезнь! — парировал Шторос. — Ни одна Варрэн-Лин не отказывает себе в близости с мужчиной только из-за того, что в животе у нее ребенок! Наоборот, ей будет еще приятнее, чем раньше. Просто вы трое и женщин-то беременных не видали.
Он сжал ладонями талию Динки и снова настойчиво потерся об ее попку своим подрагивающим напряженным органом. Динка прерывисто вздохнула от удовольствия. Его необузданная жажда ее тела волновала.
— Кайра сказала, что ласки мужчин пойдут Динке на пользу, — вступил в спор Хоегард.
— Вот! Вот, даже лекарь так говорила! — воодушевленно подхватил Шторос, до крови прикусывая кожу на Динкиной шее острым клыком, и тут же страстно зализывая ранку. Динка чувствовала, как дрожь возбуждения волнами пробегает по его телу, и наслаждалась этим ощущением, не спеша прерывать их спор. Место укуса неприятно саднило, но его горячий нежный язык, скользящий по ее шее, отвлекал от боли и пробуждал в теле сладострастный жар.
— Однако, — продолжал Хоегард. — Динка у нас не простая Варрэн-Лин. Она оборачивается в человека. Она многое пережила, и имеет ослабленные нити силы вокруг женских органов. Она уже однажды скинула ребенка по нашей вине. Мы должны быть осторожны.
Но Шторос уже не слушал его тираду.
— Не слушай этих идиотов. Они ничего не понимают! Доверься мне, я сделаю хорошо и тебе и нашему ребенку, — он наклонился к Динкиному уху и, обжигая его своим дыханием, жарко шептал ей о том, что он с ней сделает, в каких позах и сколько раз, если она его выберет. Динка с улыбкой слушала его страстный шепот, чувствуя, как в теле от его фантазий зарождается возбуждение.
Дайм молчал и ласково скользил своей большой ладонью по ее плечу и груди.
— И я о том же, — отозвался Тирсвад. — Мы можем просто ласкать ее так, как она захочет. А сами обойдемся и без этого. Мне достаточно будет того, что Динке хорошо.
— Смотрите, как изменилось ее тело! — пробормотал Хоегард. Он вытянулся на животе между ее бедер, повернув ее на спину, локтями упираясь по обе стороны от ее тела и водя кончиками пальцев вокруг ее пупка.
Динка опустила глаза, чтобы посмотреть, что именно он имеет ввиду. И с удивлением обнаружила, что ее вечно впалый живот возвышается над ребрами мягкой окружностью. Неужели там и вправду ребенок? До сих пор в это не очень-то верилось.
— На таком сроке беременности она должна уже чувствовать движения ребенка, — вдруг мечтательно проговорил Шторос, выныривая из своих эротических фантазий, и тоже накрывая Динкин живот ладонью. — Шевелится он внутри тебя?
— Н-не знаю… — растерялась Динка и тоже хотела потрогать свой живот, но места на нем уже не было. Все четверо мужчин прижали к нему ладони со всех сторон и напряженно прислушивались к ощущениям.
— Да! Он шевелится! Я чувствую его! — торжествующе завопил Тирсвад. И Динка тоже ощутила, как живот, будто сам собой толкнулся в его подставленные ладони.
— Это мой ребенок! Он узнал меня! — задыхаясь от восторга, продолжал Тирсвад. А живот, словно услышав его слова, снова заходил ходуном.
— Просто ты трогаешь сверху, а у малышей внутри живота там обычно располагаются лапки, — ревниво заметил Шторос. И тоже переместил свою ладонь на это место, оттолкнув руку Тирсвада.
Динка счастливо засмеялась. Ощущение от толчков малышки было приятное и совсем не болезненное. Теперь, когда она знает, на что обращать внимание, она сможет до самых родов чувствовать ее движения. Роды… Каково это?
— Шторос, а когда Варрэн-Лин рожает, ей больно? — Динка похлопала ладонью по его руке, привлекая к себе внимание.