Коснувшись носом его шеи, она с удивлением поняла, что он снова дрожит всем телом, а глаза его тревожно перескакивают с морды одного соплеменника на морду другого.
— Хоегард? С тобой все в порядке? — шепотом спросила она, с тревогой заглядывая в его морду. В голову лезли всякие ужасы про отравленное мясо, про бешенство, которое могло передаться от Тирсвада, и которое они вовремя не распознали, про коварные местные травы, которые непредсказуемо воздействовали на варрэнов.
— Динка! — Хоегард уткнулся ей в шею мордой, обвившись вокруг нее всем телом. — Динка, как хорошо, что ты здесь. Мне так страшно!
— Страшно? — потрясенно прошептала Динка, оглядывая помещение, полное варрэнов. Все взгляды были направлены на них. Но во взглядах серых не было злости, ненависти, все они горели любопытством, жаждой нового, волнительным ожиданием. — Кажется, нам здесь ничего не угрожает. Чего ты боишься?
— В прошлый раз… — выдавил он. — В прошлый раз все начиналось также.
И Динка увидела, как в ее сознание проникают образы из его воспоминаний.
Хоегард стоял на возвышении в пещере Вожака и дрожал от робости и радостного возбуждения. Вот сейчас, наконец-то, в его жизни наступил тот самый момент. Вокруг собрались самые почетные члены племени, мудрые старики, сильные воины, самые уважаемые Варрэн-Лин.
— Ну, давай, парень. Рассказывай, — сам Вожак ободряюще положил лапу ему на голову и обвел взглядом гомонящее собрание, призывая старейшин к тишине.
Это было очень волнительно и очень почетно вот так предстать перед всем племенем со своим изобретением. И Хоегард всем своим существом чувствовал, что сейчас решается его дальнейшая судьба. Остаться ли ему презираемым изгнанником, спутниками которому были лишь насмешки соплеменников, или стать уважаемым членом общества, принесшим пользу своему народу. А в том, что его изобретение принесет варрэнам огромную пользу, он не сомневался ни минуты.
От волнения вся его никчемная жизнь пронеслась перед глазами.
Мальчишки-сверстники, от побоев которых он удирал, словно трусливый сирх, забиваясь в самые непролазные щели.
Испытание на право называться мужчиной и претендовать на внимание Варрэн-Лин, которое он с позором провалил.
Смеющиеся ему в лицо девушки, внимания которых он робко искал.
Плачущая мать, говорящая о том, что он позор всей стаи.
Отцы, пытавшиеся научить его сражаться, но так и не преуспевшие в этом.
Постоянные проигрыши в состязаниях молодых самцов, которые вскоре он стал избегать.
Позорное бегство с поля боя в первом своем походе на границу.
Потеря сознания при виде кровавой раны соплеменника.
Укоризненный взгляд Вожака, определившего его в обучение к старой целительнице в надежде на то, что хоть так он сможет приносить племени пользу, и обнаружившего, что за шегард обучения он так и не научился врачевать простейшие раны.
Рассерженная Варрэн-Лин, воспылавшая любопытством к бесталанному изгнаннику и пригласившая его к себе в пещеру, но оставшаяся разочарованной.
И красной нитью через все это шли таинственные пещеры, стены которых испещрены неизвестными символами, поиски волшебных камней, исчерченных линиями силы, тщетные попытки сложить эти линии в единый рисунок.
И вот она дверь в другой мир, лежит, собранная, прямо у основания возвышения. Чтобы открыться порталу не хватает только одного камня. И этот камень сейчас лежит у его лап и ждет своего часа. Он мог бы поставить этот камень давно. Но он так хотел, чтобы соплеменники разделили с ним его открытие! Чтобы увидели, что он тоже на что-то способен.
Соплеменники ждали, нетерпеливо перешептываясь, и Хоегард начал рассказывать. Он говорил о других мирах, где единственная луна на небе светит пронзительно ярко, где по бескрайним полям бродит непуганая дичь, где через реки можно перебираться вброд и вплавь, где трава растет до самых небес. Там их племя, наконец-то, заживет счастливой и безбедной жизнью. Не придется больше сражаться с другими племенами, обороняя границы, ходить стаями на охоту, вступая в опасное противостояние со стадами кураут, прятаться в горах, спасаясь от стай руогов. Другой мир в его рассказе оживал, представляясь зачарованным слушателям сказочным краем, где все и всегда будут счастливы, где отступят болезни, войны и голод, где малыши будут привольно резвиться среди высокой травы, мужчины будут ловить беззащитную дичь, а женщины заниматься своими женскими делами, обустраивать уютные жилища и вынашивать детей.