— Я, сколько себя помню, все время провела в облике человека. Думаю, что мне так будет проще вернуться в детство, — ответила ей Динка, понимая, что придется снова вдохнуть этот дым, если она действительно хочет прикоснуться к тайне своего рождения. — Лишь бы эта трава не навредила ребенку. Ведь у меня в животе тоже Варрэн-Лин, а на нас трава действует сильнее, чем на мужчин.
— Мы подожжем один лишь листик, этого будет достаточно, чтобы пробудить воспоминания, но недостаточно, чтобы проникнуть в твой организм и навредить ребенку, — успокоила ее Кайра. — Ну, ты готова?
Динка улеглась на пол у морды Кайры, закрыла глаза и кивнула, открывая свое сознание наставнице. Стеснения перед ней она уже не чувствовала и готова была доверить мудрой Варрэн-Лин абсолютно все, что было у нее на душе. А вот волнение, и даже какой-то непонятный страх перед своим прошлым сжимал сердце железными клещами. Последний раз вернувшееся воспоминание причинило ей такую боль, что она до сих пор старалась лишний раз не возвращаться в мыслях к тому проклятому дню, когда ее огонь уничтожил все, что ей было дорого, осиротив ее на долгие годы.
Пожар
— Сделай глубокий вдох и ничего не бойся. Я с тобой, — прозвучала в голове мысль Кайры, и в нос ударил противный едкий запах горящего силуса. Динка сделала вдох и замерла, прислушиваясь к ощущениям.
Как и в прошлый раз, первым исчезло ощущение своего тела.
— Ты сейчас не чувствуешь себя, это хорошо, — прокомментировала Кайра ее состояние, за что Динка была ей безумно благодарна. Слыша ее мысли, она не чувствовала себя такой одинокой, как в прошлый раз.
— А теперь будет ощущение отсутствия опоры, — предупредила Кайра.
Головокружительного падения в этот раз не было. Просто она как будто зависла в черном и вязком «ничто». Страха тоже пока не было.
— Мы попытаемся пробежать по последним воспоминаниями очень быстро, чтобы не затягивать твое состояние и скорее добраться до твоего детства. Но если тебе захочется остановиться на чем-то и повнимательнее рассмотреть, то ты скажи заранее, — велела Кайра. И, не успела Динка ответить, как перед глазами с головокружительной скоростью замелькали картинки из ее жизни. Борьба за жизнь Тирсвада, прощание с Ринэйрой и Килейном, гибель Даймира и матери Дайма… Внезапно поток воспоминаний замедлился, концентрируясь на сценах сражения с Даймиром. Во время этих событий Динку волновала только жизнь Дайма и больше ничего. Но Кайра направляла ее воспоминания на другие события, фиксируя вроде бы незначительные детали.
— А это еще что такое? — озадаченно проговорила Кайра в ее сознании, когда взгляд Динки выхватил разбегающиеся от ее лап трещины в земле.
— Что-то не так? — встревожилась Динка, рассматривая расширяющуюся на глазах пропасть, отделяющую Дайма от его противниц.
— Это ты так делаешь? — спросила Кайра, принудительно направляя внимание Динки к катящимся по склонам гор камням, складывающимся террасам, трещащую по швам землю под лапами.
— Н-не знаю, — озадаченно ответила Динка. — Я не пыталась специально что-то такое делать. Я и силой-то пока с трудом управляю, а тут… все рушится. Я думала, что оно просто совпало с нашим нападением на Черного Вожака.
— Ладно, дальше, — решила Кайра, но едва воспоминания дошли до подземного чудовища, она снова остановила их.
— Странно это очень, — отметила она трещины в каменном полу под Динкиными лапами. — Впервые вижу такие способности. Давно они у тебя?
— Я не замечала, — созналась Динка, соглашаясь с тем, что дважды начавшееся под ее лапами землетрясение просто не может быть совпадением.
И картинки снова замелькали быстро-быстро: красное племя, руоги, портал, остров, корабль, белозубая ухмылка Джо, полуобнаженный Дайм в свете молний, рассыпающиеся тюремные решетки, след от гири на булыжной мостовой, стол для обследований в кабинете лекаря, звездное небо и тысячи фонариков в темноте парка. Динка почувствовала, как от мелькающих картинок закружилась голова и возникла тошнота. Весьма странное ощущение, учитывая то, что тела своего она все еще не чувствовала. Воспоминания стали размытыми, как листовки под дождем, на которых уже нельзя было ничего разглядеть.
— Сейчас добавим дыма, отдохни пока, — проговорила Кайра, и противный въедливый запах снова впился в самую душу.
Снова накрыло отсутствием ощущения времени, и воскресла память, услужливо показывающая заплаканное лицо Лады, белую пену на бледных губах Штороса, зубастую пасть морского змея, самоуверенную улыбку морского наемника, полутемный предбанник постоялого двора, первый снег, большую лодку, несущую их вниз по течению мимо непролазных лесов.