— Это вы виноваты! — истерично выкрикнул Литал. — С ней все было хорошо до вашего прихода!
— Действуй! Я остановлю ее, если она побежит, — отрывисто велел Дайм. И Тирсвад сорвался с места и взвился к потолку, представляя себя лезвием метательного кинжала.
Его острые когти вспороли каменный свод природной каверны, отсекая неровно выступающий угол между расщелиной в потолке и каменным перекрытием. На лету наподдав отделившийся от потолка камень лапой и задав ему нужное направление, Тирсвад извернулся и приземлился аккурат между Мирой и Литалом, загораживая Вожака своим телом от разъяренной Варрэн-Лин. Мирагрис всхрапнула и отпрянула от неожиданности, и в тот же миг ей в затылок врезался камень размером с голову новорожденного щенка.
Варрэн-Лин покачнулась, глаза ее закатились, но тело, ведомое не разумом, а заразой, подчинившей себе все мышцы, взвилось в воздух и обрушилось на Тирсвада всей тяжестью. Острые, как серпы, когти впились в его тело, раздирая шкуру и оставляя страшные рваные раны, а пасть, застывшая в смертельном оскале, нависла над его мордой.
Первое мгновение Тирсвад ослеп и оглох от пронзившей его боли. Каким бы сильным он не был, но боль — это всегда боль, и даже самые стойкие зачастую оказываются перед ней бессильны. Но в следующее мгновение тяжесть исчезла, и острая режущая боль сменилась горячими струями хлынувшей крови. Дайм подскочил к месту драки и сильным ударом лапы отшвырнул Варрэн-Лин в сторону.
— Мира, красавица моя! Мира! Не трогай ее! — услышал Тирсвад на краю сознания вопль Литала, сменившийся визгом и скулежом.
— Тирсвад, возьми его, — заревел Дайм так, что стены содрогнулись. Тирсвад с трудом разлепил залитые кровью веки и увидел, что Дайм, прижав лапой Мирагрис к полу, отбивается от нападающего на него с обреченным отчаянием Литала. Зинэйла поблизости не было, и помочь Дайму совладать с обезумевшим от потери своей Варрэн-Лин самцом мог только Тирсвад.
Он вскочил на лапы, превозмогая прокатившуюся по телу судорогу, и, налетев на Литала грудью, сбил его на землю и вывернул ему лапу в болевой захват, которому он научился у людей. Этот прием позволял обездвижить противника, затрачивая минимум своих сил.
— У-у-у, — Литал пронзительно завыл, пытаясь вырваться, но, не зная особенностей приема, освободиться из захвата можно было только сломав себе лапу.
Тирсвад быстро глянул на Дайма. Тот склонился к носу лежащей без сознания Миры и удовлетворенно кивнул. Им удалось лишить ее сознания, не убивая.
— Заткнись, идиот, — зарычал Тирсвад, склоняясь к его уху. — Твоя Варрэн-Лин жива, и ее еще можно спасти от болезни.
Тирсвад замер, прислушиваясь к мыслям Литала. Услышал ли он его?
— Ты лжешь, чужак! От этой заразы нет спасения! — проскулил Литал. Значит, все-таки слышал!
— Я не чужак. Я Тирсвад. Мы вместе с тобой играли на скалах, я защищал тебя от издевательств твоих братьев. Помнишь меня? — уже спокойнее проговорил Тирсвад. — Я вернулся, чтобы спасти наше племя. Но мне нужна твоя помощь. Будешь делать то, что я тебе говорю, и я спасу Мирагрис и других заболевших.
Литал извернул голову и недоверчиво взглянул Тирсваду в морду снизу вверх. Вместо ответа с его губ сорвался изумленный вздох узнавания.
Тирсвад разжал лапы и отпустил Литала, делая шаг назад и хмуро глядя на соплеменника.
— Да, Вожак! Я сделаю все, что ты мне скажешь, — подобострастно залепетал Литал, припадая на передние лапы перед мордой Тирсвада.
— Вожак? — растерялся Тирсвад. — Но я не…
— Нет времени, — оборвал его голос Дайма. — Бери этого щенка и дуйте к Гуртугу. Я принесу Варрэн-Лин.
— Да, Дайм, — мгновенно собрался Тирсвад. — Иди за мной, Литал. По пути расскажешь, что тут у вас произошло.
— Но Мира… — заскулил Литал.
— Подчиняйся! — Тирсвад издал рык Вожака, который раньше только слышал, но никогда не пытался повторить.
Я приказываю вам
— Как тебе удалось выжить? — спросил Литал на бегу, периодически оглядываясь на Дайма, который нес на спине бесчувственную Мирагрис.
Еще в пещере, увидев, как Тирсвад бережно подхватил ее и уложил на пригнувшегося товарища, как Дайм направился к выходу мягким скользящим шагом, чтобы не потревожить раненную Варрэн-Лин, Литал окончательно успокоился за нее, убедившись, что ей не собираются причинять вреда. И теперь с удивлением разглядывал Тирсвада при свете двух лун. — Я своими глазами видел, как тебя столкнули в Ущелье, и огонь поглотил тебя. Мы были уверены, что ты мертв.
— Это мое дело, — буркнул Тирсвад, не глядя на Литала.