— Да-да, давай расскажи нам подробнее, — поддержал он Динку.
— Ты же тоже был там, — ответил ему Дайм.
— Я хочу послушать, что ты сам обо всем этом думаешь. Эта затея кажется мне очень подозрительной. Как бы нам не оказаться между молотом и наковальней, — проговорил Хоегард.
— Да расскажите уже, что там было! — воскликнула Динка с нетерпением. Мужчины опять говорили загадками и не посвящали ее в детали.
— Красный Вожак хочет заключить перемирие и военный союз с черными, но Черный Вожак категорически не желает вести с ним переговоры. Красный предлагает устроить у черных переворот и заменить Вожака на более сговорчивого. Он готов оказать поддержку новому Вожаку с условием дальнейшего союза, — начал рассказывать Дайм, сдавшись под напором Динки и Хоегарда.
— Зачем ему этот союз? — тут же вставила Динка, когда Дайм ненадолго замолчал, обдумывая ситуацию.
— У белых в этом шегарде родилось целых две девочки. Это очень много. Обычно в каждом племени рождается не более одной девочки, а то и вовсе не рождается. Белые решили, что это знак того, что Варр на их стороне, и стали более агрессивны. Сейчас они теснят и красных, и черных. Уже захватили себе часть территории тех и других. Красный Вожак предлагает объединиться с черными, чтобы поставить белых на место. У него самого пока недостаточно варрэнов и ресурсов, чтобы противостоять белым в одиночку, — Дайм задумчиво покусывал Динкину лапу, оказавшуюся около его зубов.
— И как он собирается сделать переворот? У него уже есть план? — Хоегарда интересовали более практичные вещи.
— Он предлагает мне в одиночку вернуться в черное племя и остаться там, чтобы никто ничего не заподозрил. Красный отряд проберется к долине черных и спрячется неподалеку. Как только будет удобный случай я должен выманить Вожака из долины, и дать им условный сигнал. Они уберут его, а я объявлю себя новым Вожаком. Я должен буду пустить их на территорию долины, и они окажут мне поддержку на месте, если последователи прежнего Вожака попытаются противостоять мне.
— То есть, они предлагают тебе поступить с Вожаком Черных также, как до этого поступили с тобой? — проницательно заметил Хоегард, дождавшись, пока Дайм закончит говорить.
— Почему он предлагает тебе пойти одному? — возмутилась Динка. — И ты намерен сделать так, как он говорит? Тем более идти надо в свое племя. И зачем тебе красный отряд, если у тебя есть мы?
Дайм тяжело вздохнул и снова зарылся мордой в шерсть Динки.
— Ты действительно хочешь стать Вожаком обманом, а не в честном бою? — продолжал задавать неудобные вопросы Хоегард.
— Я уже однажды победил его в честном бою, — угрюмо отозвался Дайм. — Но он все еще Вожак. А кто я?
— Ты наш Вожак, — нежно прошептала Динка, вылизывая его голову от закрытых глаз к прижатым ушам.
— Как было бы хорошо раз и навсегда прекратить эти войны, — проговорила она мечтательно. — Зачем вам сражаться между собой, когда вокруг целый мир, и вы могли бы жить вместе, дружить племенами, рожать общих детей.
— Таких красавчиков, как я, — вставил Тирсвад.
— Да, таких красавчиков, — с жаром поддержала Динка, не заметив сарказма, прозвучавшего в его замечании.
— Это невозможно, — вздохнул Хоегард. Дайм молчал, лежа с закрытыми глазами. То ли обдумывал договор с Красным, то ли уснул. Разговор сам собой затух.
И взгляд Динки невольно метнулся к Шторосу. Из темноты пещеры его силуэт четко выделялся в просвете входа, и Динка своим обострившимся чувством единения со своими мужчинами ощущала, что он глубоко несчастен.
Динка почувствовала, как сильно ее это раздражает. Раздражает то, что он думает о другой женщине. Раздражает мысль о том, что, если бы ему пришлось делать выбор между ней и дочерью, то решение было бы не на ее стороне... Раздражает то, что если бы ему разрешили остаться, то он, не раздумывая, остался бы с Сибиллой. Динка заерзала и недовольно заворчала, не зная как избавиться от глупой бессмысленной ревности. Шторос должен быть только ее. Она не хотела, не могла делить его даже с дочерью.
Увидев, что Динка беспокоится, Хоегард завалился на бок, обхватил ее лапами и притянул к себе. Динка дернулась было, пытаясь вернуть свое тело в устойчивое положение на животе. Но тут Тирсвад поднырнул ей мордой между задними лапами и ткнулся холодным влажным носом в живот.
— Что ты делаешь? — заворчала на него Динка. Но тут же вздрогнула и застыла от приятных ощущений. Тирсвад высунул язык и широким мазком лизнул ее промежность и низ живота. А затем еще раз, и еще…
— Прекрати… — неуверенно попросила Динка, вздрагивая от удовольствия.