Пещера со светящимися кристаллами была огромная, один зал переходил в следующий, и в другой ситуации Динка залюбовалась бы этой красотой. Но сейчас она шла рядом с Даймом и тревожно поглядывала на Хоегарда. Он лежал с закрытыми глазами, и его грудь часто вздымалась. Все-таки яд поразил его тело. Сумеет ли он справиться с отравлением? Пока он успешно боролся, но Динка не знала, чего ожидать дальше.
Наконец, пещера с кристаллами закончилась, впереди их снова ждал темный зев очередного перехода.
— Эти лабиринты когда-нибудь кончатся? — недовольно спросил Тирсвад, стаскивая сапоги и аккуратно убирая их в сумку.
Шторос ничего не ответил, тоже разуваясь и тут же оборачиваясь в зверя. Динка подошла и убрала его сапоги. Она сама обращаться не спешила, ей и так было хорошо. Разве что немного смущала нагота, и она накинула на плечи плащ. Холодно не было, но с одеждой было привычнее. Побродив среди кристаллов, Динка выбрала себе камешек размером примерно с кулак, отколола его ножом и зажала в руке. Неизвестно сколько им еще блуждать по лабиринтам пещер, а так у них будет хоть какой-то источник света. Мужчины выжидательно смотрели на нее. Все устали, но предпочитали иди дальше. Останавливаться на ночлег в негостеприимной пещере никому не хотелось. К тому же, и сосудов давно уже не попадалось. Жажда мучила все сильнее. Динка пожалела, что не догадалась у последнего сосуда наполнить котелок и прихватить с собой. Но кто ж знал заранее?
Как только все сумки были упакованы и заброшены на спину Тирсвада, Динка, сжимая в руке светящийся камень забралась на Штороса, варрэны снова пустились быстрой рысью. Дайм хромал под тяжестью Хоегарда, но не подавал виду, что ему тяжело. Поразмыслив, они не стали снимать с его лап остатки шкуры. Так хоть раны защищены от грязи и новых травм.
Динка держала камень на вытянутой руке, освещая темный коридор. Но Шторос, казалось в этом совсем не нуждался. Он уверенно бежал вперед, лишь ненадолго приостанавливаясь и принюхиваясь, когда им встречался поворот или развилка.
— Ты здесь уже был? Эта пещера знакома тебе? — не выдержала Динка, пытаясь понять логику его выбора очередной развилки. С ее точки зрения оба прохода были абсолютно одинаковые, но Шторос, не задумываясь, свернул в левый. Хотя до этого он также уверенно выбрал правый. У Динки не укладывалось в голове, как можно запомнить все эти лабиринты.
— Нет, я тут впервые, — ответил он, не замедляя бега.
— Откуда же ты знаешь, куда надо сворачивать? — удивилась Динка.
— Лучше тебе этого не знать, — фыркнул Шторос и снова уверенно свернул вправо на очередной развилке.
Ущелье
Заполненные до потолка непроглядной чернотой пещеры походили друг на друга, и казалось, что они не бегут, а топчутся на месте. И что эти темные лабиринты никогда не кончатся. Все что им оставалось — довериться чутью Штороса и надеяться, что выход где-то есть. Динка вжалась в его теплую спину и закрыла глаза. Тишина была такая же вязкая, как и темнота. И нарушалась лишь тихим шорохом лап и шумным дыханием ее спутников.
Светящийся камень со стуком выпал из ее ладони, и Динка, вздрогнув, открыла глаза. По телу прокатился жар, а следом волна колючих мурашек. Неужели она задремала?
Тирсвад бежал рядом и держал в зубах выроненный источник света. Динка хотела протянуть за ним руку и обнаружила вместо руки лапу. То ли портал окончательно разрушился, то ли они все-таки удалились от него на большое расстояние. Шторос продолжал бежать и нести ее на себе, не обращая внимание на то, что она обернулась, лишь чуть глубже приседая при каждом шаге. Хотя в зверином обличье Динка была гораздо крупнее и тяжелее, чем в человеческом.
— Постой, я сама побегу. Я уже достаточно отдохнула, — мысленно пробормотала она, сползая с его спины и поднимаясь на лапы. Человеческий плащ жалким лоскутом лежал на спине, почти не прикрывая ее. И Динка, стянув его зубами со спины, поспешно свернула лапами и запихала в сумку. В этот раз открыть портал им не удалось, но Динка верила, что он не единственный. Они все равно найдут еще порталы и способ вернуться в человеческий облик.
После окончательного превращения обратно в зверей их движение к выходу замедлилось. Динка не могла бежать также быстро, как и остальные. Да и Дайм начал сдавать. Хоегард, превратившись, все еще был без сознания, и его приходилось нести.
Динка уже едва переставляла лапы, размышляя о том, стоит ли тратить последние силы на бег к несуществующему выходу. За несчетное время, что они провели под землей, ей начало казаться, что выхода им не найти. Что они блуждают по кругу, и рано или поздно просто упадут без сил, так и не добравшись до поверхности. Страх холодным туманом заклубился в груди.