— А давай! — обрадовалась Динка, изо всех сил пожелав вернуть себе привычное человеческое тело. Сейчас этот процесс был более осознанный, и она прислушалась к ощущениями. В момент превращения сознание на долю мгновения подергивалось дымкой, а тело словно онемело.
Обнаружив себя в облике человека, Динка радостно вскарабкалась на широкую спину Дайма и прильнула к большому теплому телу, зарывшись в длинную шерсть.
— А то всех катаешь на своей спине, а меня никогда, — шутливо проворчала она вслух, зарываясь пальцами в гриву и нежно поглаживая горячую кожу.
— А ты только попроси, — ответил он мысленно, срываясь с места и огромными прыжками преодолевая расстояние.
Сидя на его спине и ощущая ветер, бьющий в лицо, Динка почувствовала как быстро на самом деле они двигаются. На лошади они бы такое расстояние преодолевали неделю, если не больше.
— Ты не боишься возвращаться домой? — мысленно спросила она Дайма. Он молчал так долго, что ей начало казаться, что он не ответит. И ей снова стала неловко, что она задает неприятные вопросы, вынуждая его говорить то, чего он озвучивать не хотел. Ну почему с ним всегда так сложно?
— Я. Не. Боюсь, — наконец ответил он, делая ударение на каждом слове.
— Дайм, я хочу чтобы ты рассказал мне. Тебе же сейчас тяжело. А дома будет еще тяжелее. Поделись с нами. Ну, или если не хочешь со всеми, то расскажи мне. Что ты собираешься делать? Как нам себя вести? Что нас ждет у черных?
— Держитесь за моей спиной. Переговоры буду вести я. Тебя попрошу только об одном: не совершай необдуманных поступков. Если что-то пойдет не так советуйся со мной или с остальными. Тебе нечего боятся. У черных мы будем в безопасности.
Динка вздохнула, осознавая, что попытка вывести его на откровенный разговор снова провалилась. Но она хотя бы попыталась. Когда-нибудь он сможет доверять ей настолько, чтобы делиться своими чувствами, как делают это все остальные. Возможно, ему просто нужно чуть больше времени.
— Хорошо, Вожак, — покорно отозвалась она. — Только и ты не бери все на себя. Рассказывай нам о самом важном. Ты знаешь, что мы всегда на твоей стороне.
Он ничего не ответил, но Динка вдруг в своем воображении увидела его лицо со сдержанной улыбкой. То ли он так ответил ей, то ли ей просто очень этого хотелось.
На ночлег остановились в очередной скальной гряде. В этот раз мужчины предприняли все меры предосторожности. Тщательно замели следы за собой, распределили дежурства. Охотиться тоже никто не пошел, вещи не распаковывали и огня не разводили. Наскоро перекусили взятым с собой с прошлой стоянки мясом и улеглись в зверином обличье прямо на голый каменный пол в маленькой пещере, больше похожей на нишу в скале, чем на полноценное жилище. Тирсвад забрался на «крышу» их укрытия и уселся там, бдительно глядя по сторонам. Учитывая, что в этом мире не бывает ветра и дождя, можно было спать и под открытым небом. И пещера служила не столько временным жилищем, сколько укрытием от возможных врагов. Здесь, рядом с местом поселения черных, вероятность встретить черный патруль была очень высока.
Динка не стала превращаться, наслаждаясь человеческим обликом, пока они еще не удалились от ущелья. Прямо голышом бросилась в сплетение мохнатых тел и, зарывшись в длинную теплую шерсть мгновенно уснула.
Проснулась она от того, что что-то теплое и влажное щекотало ее.
— М-м-м, — Динка попыталась увернуться от прикосновения, но в ее сознании послышались сдержанные смешки и щекотание повторилось с двух сторон. Она открыла глаза и обнаружила над собой две приоткрытые пасти: серую и белую. Серый высунул большой влажный язык и лизнул ее поперек ребер. Динка захохотала, уворачиваясь, и тут же второй язык прошелся по ее шее.
— Прекратите, — пискнула она, вскакивая на ноги, но убежать от двух разыгравшихся чудовищ было некуда. Тирсвад пихнул ее в спину большим мокрым носом, сбивая с ног, Хоегард подхватил ее большими мягкими лапами, как кот мышку и, повалившись на спину, притянул к своей груди. Пока она барахталась в его длинной шерсти и отбивалась от его лап, Тирсвад прошелся языком ей от ягодиц до затылка вдоль позвоночника, отчего Динка снова захохотала и выгнулась, пытаясь уйти от щекочущего прикосновения.
— Эй, заканчивайте игры. Пора идти, — внутри головы прозвучал окрик Штороса. Он дежурил на козырьке над пещерой и теперь, опираясь на передние лапы, свесил морду с края и смотрел на них снизу вверх.
— Они первые начали! — наябедничала Динка, оборачиваясь в зверя и скаля зубы на шутливо подкрадывающихся к ней мужчин.