Моргана подняла голову, оценивая его недовольство, и решила, что опасаться не стоит.
— Сделаешь. Тебе и не придется иметь маленькую сучку. Супруги часто ночуют в отдельных спальнях, а Тремейн хочет, чтобы она осталась невинной. Я бы возразила, но мне предпочтительнее не смешивать нашу кровь, потому что у меня есть планы на Тремейна, но…
— Неужели мне нельзя ничего решать в своей чертовой жизни? Совсем ничего?
— Если перебьешь меня еще раз, Себастьян… — Она не стала заканчивать угрозу.
Он рассмеялся, глаза дико заблестели.
— Дяде следовало перерезать тебе горло. Он должен был понять, какую змею пригрел на груди и какая ты отрава. Оказал бы миру услугу.
— Тогда бы тебя не было на свете!
Нет, ей не больно. Нельзя поддаваться эмоциям.
— Разве это было бы так ужасно?
К удивлению Морганы, комната опять содрогнулась. Она даже не почувствовала, как он собирал силу. Нож для писем скатился со стола и скрылся среди бумаг на полу. Моргана ухватилась за столик и сглотнула. Этот импульс был сильнее прежнего и едва не разбил стекла в окнах.
Но на сей раз Моргане ничего не пришлось останавливать. В маленькой соседней спальне что-то разбилось, и раздался испуганный крик.
Землетрясение тут же прекратилось.
Девочка снова заплакала, прижавшись к двери, будто хотела сбежать. Моргана никогда в жизни не была так рада чужим слезам.
Она позволила им острыми иглами пронзать сердце сына. Себастьян зажмурился и опустил голову, словно наконец смирился.
На столе остался ледяной узор вроде того, что появляется утром на окнах… Пугающе. В комнате было так холодно и тихо. Весь дом замер, как будто из него за секунду вытянули все тепло и жизнь.
«Опасен. Он намного опаснее, чем я полагала».
Даже Дрейку не под силу собрать столько энергии так быстро.
И страх тут же пропал.
Даже Дрейк не выстоит против мощи Себастьяна. Триада советников склонится перед ее величием. Моргане лишь надо забрать у сына способности.
С пустым беспомощным выражением лица он взял письмо:
— Ты еще чего-то от меня хочешь?
Да. Намного больше, но сейчас Моргана не осмелилась это озвучить. Неужели она упустила признаки того, как близок он к срыву? Или Себастьян научился это скрывать? Надо быть с ним очень-очень осторожной.
— Просто… доставь это письмо. И это. — Она перебрала разбросанные бумаги и выудила закрытый конверт с прядью волос и инструкцией по доставке. — Пора заставить мисс Мартин выполнить свои обязанности. Проследи, чтобы наш дружок оставил послание у нее на кровати. Надеюсь, она приняла к сведению мои угрозы и сделала, как велено.
— Я не позволю тебе причинить боль этому ребенку.
— Я и не собиралась. — Моргана натянуто улыбнулась. — Убийство — на редкость грязное дело.
И бесповоротное. Можно уничтожить рычаги давления, но кто знает, вдруг они понадобятся снова? По этой же причине она родила Себастьяна.
— Мне надо лишь убедиться, что девчонка исчезнет без шума. Ее больше никто не увидит и не узнает, где она.
Себастьян положил оба конверта в карман камзола. Моргану нервировало, что он ничем не выдал своего согласия или несогласия.
— Тогда… сегодня днем ты свободен, — медленно процедила она. — Сделай что-то для себя, что тебе нравится, только не выдай нас. Выбери сам. Увидимся за ужином, вечером у нас дела. — Она склонила голову, заметив недоверчивый взгляд сына. Возможно, им удастся осторожно манипулировать. — Я могу быть доброй, Себастьян, сама бы так предпочла. Только перестань мне сопротивляться.
Он зажмурил красивые пустые глаза, обрамленные черными ресницами.
— Проблема в том, поверю ли я тебе?
***
Дрейк захлопнул книгу и поднял голову, глядя на юг. Воздух сгустился от чар, которых он прежде не видел. Они походили на яростную бурю. Часть ее вырвалась и ударилась о землю, словно молнии. Непредсказуемые и беспощадные, точно огромная приливная волна, что угрожающе замерла на горизонте. Дрейк никогда не сталкивался с таким колдовством. Обычно чары состояли из аккуратно связанных нитей. А эта сила хотела просто бить, атаковать, излиться в мир, словно извергающийся вулкан.
Вся кровь отхлынула от рук и ног к сердцу Верховного.
Вот черт!
Заметив его внезапную реакцию, Элинор Росс оторвалась от карты, над которой водила карманными часами:
— Какого дьявола произошло? — Она слишком хорошо знала Дрейка, чтобы прочитать сигналы лица и тела. — Что случилось?
— Кто-то пользуется экспрессией.
— Где? Ты можешь остановить это или выследить колдуна?