Все затмило восхитительное тепло и давление. Мир сузился до ощущения коварного рта, который продолжал трудиться, словно Ианта хотела выпить Люсьена. До. Последней. Капли.
Часто и тяжело дыша, пресытившийся Люсьен рухнул на кровать.
— Ни черта себе, — выдохнул он. — Можешь смотреть на мои шрамы, когда пожелаешь.
Раздался тихий смех. Теплое, пышное тело скользнуло в его объятия, а потом Ианта положила голову ему на плечо. Ее волосы щекотали лицо, но Люсьена это не раздражало. Наоборот, ощущение было приятным. Он был полностью удовлетворен, его вновь клонило ко сну, в его объятиях лежала теплая женщина, и ему казалось, что он мог бы провести здесь несколько дней. Вот так. Ни забот, ни тревог.
— Тебе нечего стыдиться…
Хорошее настроение как ветром сдуло.
— Я их ненавижу, — резко признался он. — Я ощущаю лишь боль, когда думаю о них.
Упершись подбородком ему в грудь, Ианта посмотрела на него своими фиалковыми глазами.
— А когда колдуешь? Тоже чувствуешь только боль?
Дыхание с шумом вырвалось из его груди. Вот только спрятаться было негде.
— Ианта.
— Ты не пользуешься магией. Я просто пытаюсь понять, почему.
— Не важно, — огрызнулся Люсьен и сел. Ианта упала на подушки рядом с ним, когда он перекинул ноги через край кровати, намереваясь уйти. Разговор окончен.
Но не успел Люсьен встать, как она обхватила его запястье.
— Можно кое-что расскажу? — прошептала Ианта.
Замерев, Люсьен опустил взгляд на ее пальцы.
— Конечно.
Она открыла рот, потом вдруг прижала ладони к глазам и простонала:
— Это почти неприлично.
— Уверен, мы достаточно говорили о прошлом, чтобы не стесняться друг друга.
— Да, но… мне неловко. Я помню все и тем не менее уверена, что ты понятия не имеешь.
— Вот теперь ты разбудила мое любопытство, — признался он, повернулся и лег рядом с ней. — А ну выкладывай. Я же выболтал свои секреты.
— Не все.
Он вперил в нее взгляд.
— Кто бы говорил.
— Справедливо, — раздраженно выдохнула Ианта и пронзительно посмотрела на Люсьена. — Думаю, у нас обоих хватает секретов, верно?
И лишь теперь, когда они начали доверять друг другу, эти секреты могли быть раскрыты. Люсьен легонько провел пальцами от ее плеча до изгиба бедра.
— Ты права. Однако, если мои подсчеты верны, ты задолжала мне один.
Ианта закрыла лицо ладонями.
— Помнишь, я сказала, что до тебя у меня было два любовника?
— Д-да, — осторожно, словно ступал по минному полю, произнес он. — Я третий.
— Строго говоря, это не совсем так. — Ианта бросила на него взгляд между растопыренных пальцев.
— Я… — Он захлопнул рот. — Нет. На самом деле я не знаю, что на это ответить.
— Ты ведь заставишь меня сказать?
— Естественно. — Люсьен положил голову на ту же подушку, что и она. — Я не пойду прямиком в ловушку безоружным, тем более что в данный момент ты из меня веревки вить можешь, и мне не под силу тебя остановить.
— Ха-ха, — шутливо протянула Ианта, но потом ее веселость улетучилась. — Ты первый мужчина, с которым я возлегла, — прошептала она. — Почти десять лет назад.
На секунду Люсьен решил, что ослышался.
— Что? Я уверен, мы никогда…
«Ой ли?» — промелькнул в голове уместный вопрос, и в памяти всплыли полдюжины лиц, но ее среди них не было…
Ианта прочистила горло.
— Мне было семнадцать, тебе — не знаю. Был 1884 год, праздник летнего солнцестояния, все обряды проводились в поместье леди Харингей в Брайтоне…
Внезапно на Люсьена нахлынули воспоминания: душный летний ветерок, прием в саду, прелестные фонари, свисающие с деревьев, и она. В платье из белого газа, в филигранной золотой маске, окруженная аурой нервозности. Его притянуло к ней словно магнитом. Они танцевали, смеялись, целовались… едва ли обменявшись парой слов. Пока Люсьен не взял ее за руку и не увел из рощицы, как раз когда начали проводить обряды.
— Ты моя таинственная дама?
— Приятно, что ты именно так сформулировал.
Неожиданно для себя он улыбнулся.
— В ту ночь я изрядно набрался. Я и не осознавал, что твои волосы такие темные. — Он опустил взгляд. — И прости мою бестактность, но я почти уверен, что тогда у тебя не было этих…
Ианта чопорно прижала простынь плотнее к груди.
— Я еще не до конца оформилась. Мне было всего семнадцать.