Видите ли, ему срочно понадобилось за новыми сапогами.
Ее сундуки уже перевезли в дом, который Себастьян снимал с матерью. Без дальнейших церемоний Клео усадили в экипаж.
Одну.
Она не покидала особняк Тремейнов с тех пор, как отец впервые надел на нее повязку.
На месте экономка миссис Гиббонс устроила Клео недолгую экскурсию по дому, а потом сопроводила в комнату.
— Через пару часов вам пришлют ужин, мэм.
— А можно погулять по саду? — спросила Клео.
Экономка замялась.
— Лучше отдохните в покоях, а я пришлю горничную, которая поможет снять платье.
Дверь закрылась. Клео с раздражением повернулась и принялась обходить комнату. Управилась за пять минут. Дверь в другом углу покоев не открывалась, как Клео ни крутила ручку.
— Покои хозяина через стенку, — упомянула ранее миссис Гиббонс и неловко кашлянула.
Через минуту Клео вскрыла замок шпилькой.
В покоях Себастьяна было прохладнее, но никаких личных вещей не имелось, если не считать неровной стопки книг. Они ничего не говорили о ее новоиспеченном супруге. Клео коснулась потрепанных кожаных переплетов, но даже не поняла, что это за книги.
Ничего, что свидетельствовало бы о его личных увлечениях. Какое же чуждое ощущение — сомнение. Она встретилась с Себастьяном всего раз… Кто же ее супруг? Задумчивый парень, который с улыбкой вывел ее из-под огня тяжелой утиной артиллерии? Или тот холодный мужчина, не постеснявшийся утром пригрозить ее отцу так буднично, словно обсуждал погоду?
День медленно сменился вечером. Клео обедала в своих покоях, прислушиваясь к шуму за дверью. Что-то случилось. Хотя сегодня ее дар не посылал видений, наверное из-за нервов она потеряла концентрацию. В доме царило тяжелое молчание и напряжение. Клео приоткрыла окно и услышала, как Себастьян ругается с матерью.
— Мне плевать как, только утихомирь ее, пока не доберемся до кладбища. — Лошадь заржала, и колеса покатили по гравию. — Себастьян, нельзя провалить это дело. Мы должны забрать реликвию у мисс Мартин любой ценой. И лучше бы ей честно выполнить инструкции, иначе, клянусь, девчонка пострадает.
— Все в порядке, — прошептал Себастьян. Вот теперь он напоминал Клео того мужчину, что ей понравился. — Ты вскоре снова увидишься с мамой, обещаю. И тогда будешь в безопасности. Просто помолчи еще немного. Сможешь?
— Постараюсь, — прошептала малышка.
— Умница, Лу.
Дверь экипажа закрылась, прервав всхлипы и голоса. Карета уехала, а из-за ночной прохлады Клео пришлось закрыть окна.
Надо же. Что, черт побери, происходит?
Она вышагивала по комнате по меньшей мере час, но супруг все не возвращался. Никто не пришел подбросить дров в камин или принести ужин. Про нее забыли. Клео все еще не сняла проклятое свадебное платье, оно сковывало движения, а кружево врезалось в горло.
«Дурочка, ты полагала, что будет лучше», — думала она, сонно моргая.
Клео замерзла. Забравшись в постель Себастьяна, она натянула одеяла, прикрыла глаза и размеренно задышала.
В коридоре раздались шаги, значит, ее одиночество скоро нарушат. Клео очнулась, не понимая, где находится. Резко села, сбросив покрывало.
Дверь открылась, и, судя по стремительным шагам, вошел Себастьян. Клео застыла, ощутив запах одеколона. Точно, ее супруг. Что-то легкое упало на пол, наверное, галстук.
— Черт!
— Долгая выдалась ночь? — спросила Клео.
Себастьян закашлялся и, кажется, обернулся.
— Мисс Синклер. Я… не ожидал вас.
Как неловко.
— Просто… я не могу снять платье. — Сглотнув, Клео вскинула подбородок. — Полагаю, теперь я миссис Монткалм? Или мадам? Как вам больше нравится?
— Лично мне плевать. Подозреваю, разница невелика.
Ну что ж, в эту игру можно сыграть вдвоем. Клео почувствовала себя увереннее. Пусть она не знала дом, не представляла, чего от нее ждут, но всему можно научиться. И прошло уже несколько часов с тех пор, как о ней вообще вспоминали.
— Значит, буду миссис Монткалм. Мне подходит. Вам помочь раздеться? — Она медленно встала и подошла к нему, мысленно вспоминая обстановку.
Себастьян обошел ее и сразу направился к шкафчику со спиртным.
— Нет, не надо.
Он будто от нее отмахнулся.
— Я всего лишь пытаюсь выполнить обязанности жены.
— В этом нет и не будет нужды, — ответил он чуть хрипло. Послышался шелест ткани. Он будто пытался снять плащ.
— Совсем? Но сэр, я не против…
— Совсем. — Он сбросил плащ и со звоном заткнул графин хрустальной пробкой.