Ох, сейчас бы я обрадовалась встречи с духом. Может призрак и истощил бы мои способности, зато подарил бы прохладу, облегчая дискомфорт от удушающей жары.
Я посмотрела на Хока. Но мужчина не выглядел так, будто ему было жарко.
«Потому что теперь он демон», — напомнила я себе.
Иногда я забывала, что этот человек, который когда-то был больше человеком, чем я, теперь был больше демоном, чем я. Хок не только превратился в демона, но и обрел бессмертие. Впрочем, любой человек мог переродиться и заполучить бессмертие. Кроме меня. Иначе я рисковала потерять связь со всеми живыми существами. Вот почему Кобаль до сих пор ничего не предпринял.
Я совершенно не хотела стать похожей на Люцифера и других падших ангелов, но отдала бы все, чтобы провести вечность с Кобалем. Если честно, то во мне все еще теплилась надежда, что мы найдем способ обратить меня, сохранив при этом мою связь с жизнью.
Мой взгляд упал на широкую спину Кобаля. Е го мускулы и отметины двигались с каждым шагом. Сильный и могущественный демон, который не мог предотвратить мою смерть.
Моя кончина могла наступить уже завтра, а могла нагрянуть и через тысячу лет. Н екоторым из моих предков, таким как Ной, удалось прожить гораздо дольше, чем следовало. Но я все равно должна была умереть. Долгая жизнь моих предков была обусловлена их способностью черпать энергию из потока жизни, даже если они не знали, что делали.
Кобаль вышел из бокового прохода, затем повернулся и протянул мне руку. Я приняла помощь, чтобы пройти между стенами в огромную пещеру. Жар ударил мне в лицо с такой силой, что у меня перехватило дыхание. Я захрипела, пытаясь набрать воздух в свои потрясенные легкие. Пот заливал все мое тело, пропитывая платье так же основательно, как купание в Ашаруне. Я не потрудилась стянуть с себя платье, прилипшее к телу, но лишние движения были недопустимы, так как они усиливали жар и потоотделение.
— Ривер…
— Все хорошо! — хрипло заявила я, прежде чем Кобаль решил подхватить меня на руки. — Я в порядке. Продолжаем путь.
Мои ноги подкосились, когда я сделала шаг. Н а щеке Кобаля дернулся мускул.
Я стала потеть еще сильнее. Мои губы потрескались, а во рту было такое ощущение, будто песок был моим любимым блюдом. Тем не менее я не попросила воды, которую несли скеллеины. Если бы вода попала бы ко мне в руки, то я бы выпила все до последней капли. Просто я желала выбраться из этого места больше, чем одолевающая меня жажда.
Наши шаги эхом отражались от окружающих стен. Мы не могли скрыть своего приближения. Зато перед нами открывался обзор на двести футов. Запрокинув голову, я прищурилась, рассматривая гладкий закругленный потолок в сотне футов. Отблески далекого пламени отражались от черных скал, окрашивая некоторые в серый цвет. Сияние и серые скалы были единственным цветом в этой унылой местности.
Адские тени танцевали на стенах в такт мерцающему пламени. Они двигались в извилистом, запоминающемся танце, нервируя меня своей способностью подпрыгивать так, как не смогла ни одна обычная тень, но наблюдать за ними было увлекательно.
Когда мои колени почти подогнулись, я, пошатываясь, остановилась.
— Позволь мне понести тебя, — процедил Кобаль сквозь зубы.
Моя попытка сглотнуть была пресечена острой нехваткой слюны.
— Нет.
— Просьба о помощи — это не признак слабости. Ты не здешняя. В итоге ты измотаешь себя упрямством.
— Может и так, но я должна продержаться, — хрипло заявила я.
Кобаль разочарованно зарычал и потянулся ко мне. На секунду я подумала, что он проигнорирует мои пожелания, но его руки снова опустились по бокам. Ч ерные глаза стали янтарными, и я осознала, насколько он ломал себя, чтобы уступить мне.
Когда-то он проигнорировал бы мою просьбу и перекинул бы меня через плечо. Если бы он хотя бы предположил опасность для моего здоровья, то уже несся бы со мной в другой конец Ада. Но сейчас он прислушался ко мне.
Я чуть не бросилась к нему, чтобы крепко обнять. Вместо этого я улыбнулась. Кобаль с минуту пристально смотрел на меня, прежде чем неохотно отвернуться.
Когда мы шли по пещере, я, наконец, заметила источник тепла и отблески, играющие на стенах. Через пятьдесят футов огонь ударился о каменный выступ, а затем вновь отступил. Волны напомнили море. Треск пламени звучал почти как плеск волн о песок. Только в отличие от моря, пламя метало желтые и оранжевые искры, которые плыли по воздуху, исчезая в тени.