Ее полные губы приоткрылись от осознания происходящего. На загорелых руках Ривер появились мурашки. Девушка обняла себя, словно пытаясь унять озноб.
— П ризраки, — пробормотала она.
— Д а. Бесчисленное множество застрявших в воде призраков, — а духи ослабляли Ривер, чего мы никак не могли допустить.
— Типа реки Стикс? — спросил Хок.
— Человеческая мифология несколько исказила Ашарун. Река не является границей между Адом и Землей. Но ответ на твой вопрос — да. Л юди, увидевшие Ашарун сквозь завесу, разделяющую Ад и Землю, назвали ее рекой Стикс, — пояснил Магнус.
Хок нахмурился, глядя на воду.
— Зачем называть Стиксом, если уже есть название Ашарун?
— В греческой мифологии человечества есть пять рек, отделяющих Ад от живых. Но данная информация ошибочна. Существует только Ашарун. Однако греки назвали одну из пяти рек Ахероном, рекой горя, — объяснил Магнус. — Но Стикс обрела большую популярность. Вероятно, им просто было легче произносить данное слово. М ы же все знаем, что люди не любят напрягать свои крошечные извилины в мозгах.
Хотя Ривер не была полноценным человеком, а Хок переродился в демона, они оба хмуро посмотрели на Магнуса.
В его глазах сверкало веселье, а губы были изогнуты в полуулыбке.
Ривер сердито сверлила его взглядом еще минуту, прежде чем вновь сосредоточиться на мне.
— Хорошо, значит мы говорим о реке горя…
— А еще гнева, забывчивости, ненависти и враждебности, — добавил Магнус.
— Хватит, — рыкнул я так, что мужчина поджал губы.
— И это самый безопасный и быстрый способ добраться до пещеры? — спросила меня Ривер.
Я поднял голову и зло посмотрел на Корсона. Вот зачем он упомянул об этом? Желтые глаза Корсона насторожились. В итоге демон отошел от меня подальше. Магнус и Бейл таращились в потолок, скеллеины рассматривали лезвия своих мечей, а адские гончие бродили возле воды.
Корсону так и не удалось скрыться от моего пристального взгляда. В тусклом свете, освещающим реку, волосы Корсона казались темно-синими, а из-под прядей выглядывали заостренные уши. К счастью, после возвращения в Ад он больше не носил кучу женский серег.
При росте шесть футов четыре дюйма гибкое телосложение Корсона и обычно добродушное поведение часто заставляли других недооценивать его. Но адхенский демон был одним из самых смертоносных существ, с которыми я когда-либо сталкивался. А еще Корсон был преданным последователем и ближайшим советником.
— Ашарун полон призраков, — еще раз повторил я. — Тебе не пойдет на пользу частое общение с душами. Будем придерживаться суши.
Она оглянулась на бурлящую воду, из которой показался призрак. В воздух поднялась рука, сжимая и разжимая пальцы, словно пытаясь что-то схватить. Изменчивые потоки воды закружили духа и снова затянули на глубину. Пойманные в ловушку текущими водами, некоторые из призраков принимали человеческий облик, в то время как другие оставались искаженными, ведь демоны питались ими в течение длительного периода времени.
Когда Ривер опять потерла руки, я понял, что она вспомнила холод, который ощущала после столкновения с призраком. Вспомнила, как обнаружила, что ее отец, который ни разу не навестил Ривер при жизни, был отправлен в Ад после смерти. Уже в бестелесной форме отец моей избранной использовал свои способности, чтобы помогать Люциферу уничтожать печати.
— Я бы предпочла избегать призраков, но если спуск по Ашаруну быстрее и безопаснее, то нам сюда, — заявила она. — Придется пересекать реку вплавь?
— Н ет, — когти непроизвольно впились в мою плоть, пока я переводил взгляд с Ривер на воду и обратно. — Не вплавь. В путешествиях по реке нас сопровождают паромщики.
— Тогда зови их.
— Ашарун — неудачный выбор маршрута.
— Кобаль, мы фактически находимся в Аду. Не думаю, что здесь вообще существуют удачные маршруты.
— Так и есть, не существуют, — процедил я сквозь зубы. — Ты сможешь выдержать влияние такого большого количества призраков?
— Д а, — она положила руку на мое плечо, пробегая пальцами по символам, отмечающим мою плоть. — Я справлюсь с чем угодно, если ты будешь рядом. Твое присутствие не дало холоду одолеть меня. К тому же здешние призраки ослабли и не повлияют на меня так сильно, как мой… отец.
На последнем слове она сморщила нос и поджала губы, будто съела что-то неприятное.
— Мы не можем быть уверены, что ты выдержишь, — покачал головой я.