— Как же мы ошибались, — его белые глаза закрылись. — Однажды я был в тронном зале. И все было совсем по-другому. З десь царила тьма …, только тьма. Символов не было. Камни имели лишь черный цвет, — он открыл глаза, смиренно встречаясь с моим взглядом. — Ты законный правитель.
— И-и-д-д-диот-т-ты, — слова Корсона звучали невнятно из-за действия яда мантикоры.
— Скажи, где он спрятал ее, тогда я подарю тебе милосердную смерть. В противном случае я буду разрезать тебя на мелкие кусочки, которые затем скормлю гончим, пока ты будешь восстанавливаться. А потом начнем сначала, — пообещал я.
— Он не солгал, милорд, — ответил краетонс. — Мы не знаем, куда Люцифер забрал ее и что планировал сделать.
Когда я убрал когти, голова упала и с глухим стуком ударилась об пол. Краетонс склонил голову, а я наклонился ближе.
— Твои предположения. Где она?
— Даже не имею представления. Мы не были частью приближенных. Возле Люцифера всегда находились только ангелы. Если честно, то я сомневаюсь, что и ангелы знали о его планах.
Краетонс говорил правду. Как бы сильно я не хотел заставить его страдать за предательство, у меня не было времени. Раз Люцифер не вывел Ривер из Ада, значит он направился в другое место, о котором я прекрасно знал. Однако, если я ошибся, то мы уйдем слишком далеко от врат и трона, тем самым предоставив Люциферу шанс вернуть власть.
Я посмотрел на гончих и принял решение.
— Пусть он достанется гончим.
— Подождите… — забормотал демон. — Я.… нет… Я.… — его протесты перешли в крик, когда Верин и Моракс толкнули его в сторону псов. Вопли прекратились, когда Крукс оторвал голову от туловища и бросил ту Феникс, которая сразу ее проглотила.
Я повернулся к своим соратникам, собравшимся в тронном зале.
— Половина войск останется здесь, ожидая возвращения Люцифера. Моракс, ты будешь за старшего. Сообщи, если Люцифер появится. Гончие проверят туннели и все потаенные уголки Ада. Остальные пойдут со мной.
— Куда? — удивилась Бейл.
— К печатям.
Глава 22
Ривер
В голове у меня стучало так, будто кто-то прыгал на моем затылке, но данная боль не шла ни в какое сравнение с холодом, который пронизывал мои кости. Зубы стучали, а кожа покрылась гусиной кожей. Я даже не могла открыть глаза. Когда я попыталась найти одеяло, чтобы согреться, то ощутила агонию, словно даже от малейшего движения мои кости покрылись трещинами.
Я попыталась вспомнить, что произошло, но в голову не шло ничего, кроме бесконечного холода и агонии. Одинокая слезинка скатилась и почти мгновенно застыла на моей щеке.
— Наконец-то проснулась, — прошептал кто-то и смахнул пальцем слезинку с моей щеки.
Крик застрял у меня в горле, а по коже пробежали мурашки.
Я бы с радостью приняла еще пятьдесят ударов сапогом, лишь бы избавиться от этого ощущения.
— Почему она не открывает глаза? — требовательно спросил женский голос.
— Потому что, дорогая Оноскелис, ей больно, — промурлыкал другой голос. — Но придется потерпеть.
Головная боль немного отступила, поэтому я сумела осознать, что слышала голос Люцифера.
Оноскелис была ангелом, который пытался убить Хока … а может ей все-таки удалось?
Мне было слишком больно, чтобы полностью восстановить воспоминания, проносящиеся в моей голове.
Почему в Аду было настолько холодно? Если бы я сейчас открыла глаза и обнаружила, что мы покинули Ад, разместившись в Антарктиде голым посреди айсберга, то ни капли бы не удивилась.
И как теперь сбежать, если я оказалась в месте, куда могут забраться только чудовища с крыльями?
В нынешнем состоянии я все равно не могла использовать ни огонь, ни пульс жизни. Если им все же удалось вытащить меня из Ада и каким-то образом лишить всех способностей, то как мне теперь связать с Кобалем?
«Дыши. Сохраняй спокойствие и думай. Изучай окружающую обстановку».
Все еще не в силах открыть глаза, я стала впитывать детали окружающего мира с помощью других органов чувств. Земля была твердой и ледяной. Или мне так казалось, потому что я замерзала? В любом случае, я расположилась на чем-то твердом и гладком. В воздухе чувствовалась сила, а также медный привкус крови и зловоние разложения.
Антарктида пахла смертью? Я всегда представляла, что там стоял аромат свежего снега, но кто знал наверняка? Может, пингвины отвратительно воняли, несмотря на привлекательную внешность. Наверное, я догадалась обо всем в тот момент, когда попыталась нащупать пульс жизни, но не получила ни одной искры.
Антарктида может и была ледяной страной, но все еще изобиловала жизнью. Здесь же мир был полностью мертвым.