Пока я не узнал секреты ангелов, люди не должны были слышать наш разговор.
— Где Моракс? — спросила Ривер, оглядываясь через плечо на Верин.
— Он не выбрался из Ада, — пояснил я.
— Он умер?
— Да.
— И его уже не вернуть, — добавил Магнус.
— Мудак, — пробормотала Бейл.
— Но это правда, — вздохнул Магнус. — Если только ты не сможешь поймать и разрезать того дракона, а затем выловить мантикор, которые его съели. Вот тогда…
— Мы поняли, о чем ты, — резко перебил его Хок.
— Как Верин? — спросила Ривер. — С ней все будет в порядке?
— Со временем она сама примет решение, — пробормотал Ликс.
Я промолчал, так как знал, что никакое время не избавило бы меня от пустоты, образовавшейся после кончины Ривер.
Когда мы оказались вне пределов слышимости, я остановился и повернулся к ангелам.
— Как долго вы сопровождали Ривер? — обратился я к Рафаэлю.
— С тех пор, как она встретила Анджелу, — ответил Рафаэль. — Мой брат, архангел Уриэль, использовал свою силу, чтобы направлять ее.
— Что по поводу сна, когда она встала и произнесла «ангелы», прежде чем потерять сознание? — поинтересовался я.
Рафаэль положил одну руку на рукоять своего меча и взглянул на Каима.
— Уриэль не смог провести Анджелу в Ад. Требовалось слишком много силы. Поэтому мы решили соединить нашу мощь и попытаться связаться с ней через сон…, но потерпели неудачу. Позже Ривер с помощью собственной способности начала искать других ангелов. Чтобы наладить связь у врат нам опять пришлось объединиться.
— Вот почему Анджела стала видна всем, — пробормотала Ривер. — Уриэль хотел показать, как закрыть врата, прежде чем я попала в Ад.
— Да, но тогда мы не знали, что для закрытия врат требовалось столько много крови. Мы надеялись, что достаточно меньшего количества.
Ривер прижала ладонь к пропитанной кровью рубашке, под которой когда-то находилась смертельная рана.
— Кровь жизни, — прошептала она и сильно побледнела. — Когда вы догадались?
— Когда твоя кровь не смогла закрыть врата. В этот момент пришло осознания, что потребуется более весомая жертва.
— Значит, вы были в курсе, как Люцифер открыл врата в Ад? — спросил Каим.
— Нет. Когда он открыл врата, то воспользовался способностью искажать реальность. Мы стали подозревать, что кровь и жизнь были связаны, когда все остальные попытки Ривер провалились, — пояснил Рафаэль.
— Почему ты спас меня? — спросила Ривер. — Я же являюсь последним потомком Люцифера. Если бы я умерла, то исчез бы и его род. Разве не этого так жаждут на Небесах?
— Люцифер все еще жив. Неизвестно, сколько пройдет времени, прежде чем его остановят… и сколько еще отпрысков он оставит. Именно ты переняла некоторые из его способностей. И именно ты выступила против Люцифера. Другие дети могли встать на его защиту. Возьми хотя бы в пример своего человеческого отца. Если бы не твоя могущественная кровь его бы не сумели остановить. Есть причина, по которой Люцифер носит имя Утренняя звезда. Ни один другой ангел не мог сравниться с ним по силе. Потребовалось немало усилий, чтобы изгнать его.
— От остальных было легче избавиться, — пробормотал Каим.
Рафаэль не обратил внимания на падшего, так как был сосредоточен на Ривер.
— И сила Люцифера заключена в его потомке. Тебя нужно было спасти, чего бы это ни стоило.
— Какую же цену ты заплатил? — требовательно спросила я.
— Я отдал себя, — просто ответил Рафаэль. — Сначала я надеялся, что с помощью объединенной силы моих собратьев у меня хватит навыков исцелить тебя с Небес, но ничего не получилось. Поэтому мне пришлось покинуть Небеса, чтобы спасти тебя. Я больше никогда не смогу вернуться.
Глава 36
Кобаль
— Значит, теперь ты тоже падший? — удивилась Ривер.
Ноздри Рафаэля раздулись. Ангел перевел взгляд на Каима.
— Нет, я никогда не стану одним из них. Мои крылья останутся нетронутыми. Я не позволю себе испортиться.
Каим закатил глаза и скрестил руки на груди.
— Ох, Рафаэль, ты так уверен в себе. Помни, гордость предшествует падению. Подожди, пока не насытишься своим первым духом. А когда-то это в любом случае произойдет, ведь речь о выживании. Но даже если их гнусные души не испоганят твое совершенное нутро, то что-нибудь другое обязательно собьет тебя с пути. Ты больше не на Небесах, где нет ни искушений, ни бесконечной скуки. Здесь царство смертных, наполненное бесконечными радостями, мой высокомерный, придурковатый братец.
— Хватит, — приказал я, когда рука Рафаэля крепче сжала меч.