— Мы можем помочь!
На этот раз я не стала утруждать себя попытками уследить за их скороговоркой.
— У вас есть время определиться! — крикнула я в возникшую неразбериху. — Если вы решите пойти, мы будем у стены. Если нет, то, возможно, однажды мы встретимся снова!
— Как мы узнаем, у какого участка стены ты находишься? — Дейзи спросила меня.
Я открыла рот, чтобы ответить, но не знала, что на это ответить.
— Идите прямо, пока не упретесь в стену, — ответил Кобаль. — В этом секторе должны быть демоны и люди, защищающие ее; если это не мы, вы можете спросить демонов, куда идти.
— Они нам никогда не скажут, — фыркнула Этель.
— Тогда вы, по крайней мере, сможете идти вдоль стены, пока не найдете нас, — ответил он. — Когда мы были там в последний раз, на стене был свет.
Я схватила его за руку и благодарно сжала ее.
— Что, если мы решим подойти к стене и не поможем? Люди все равно привыкнут к нам, — сказал извращенец.
— Это неправильно! Нет, нечестно! — закричали некоторые призраки, в то время как другие остановились, чтобы услышать ответ.
— Я ненавижу призраков, — сказал Корсон.
— Тогда вы, скорее всего, застрянете в Чистилище навсегда, — ответила я. — Именно такие мысли привели вас сюда и почему вы все еще здесь.
Извращенец пожал плечами. Я прикусила язык, чтобы не обозвать его ублюдком. Кобаль подошел ближе и смерил извращенца взглядом, от которого призрак отплыл назад.
— Я знаю место, где уничтожают духов. Не думал, что это возможно? — спросил Кобаль, когда извращенец недоверчиво посмотрел на него. — Это так. И я единственный, кто может туда попасть. Что бы ни случилось с Адом, Пламя, породившее меня, все еще существует. Я чувствую это в них.
Он поднял руку и указал на знаки на ней.
— Мы наблюдали, как эти огни уничтожали рейфа, и я не имею в виду, что они истощали рейфа до такой степени, что он больше не мог функционировать. Я имею в виду, что рейф полностью прекратил свое существование. Нет реинкарнации, нет шансов двигаться дальше. Подтолкни меня и не думай, что я не кину тебя туда.
Извращенец бросился прочь от нас. Остальные призраки по-прежнему смотрели на Кобаля.
— Невозможно, — пробормотал один из них.
— Не невозможно, — сказала я. — Я видела это.
Большинство призраков метнулись как можно дальше от Кобаля.
Ликс вернулся с другим ящиком и поставил его на стол.
— Кто-нибудь может пригласить моих коллег скеллейнов подойти? — он спросил.
— Мы скоро уезжаем, — сказал ему Кобаль.
— И мы будем готовы к этому, — заверил его Ликс, прежде чем снова исчезнуть.
— Что, если стена исчезнет, а тебя там не будет? — спросила меня Дейзи.
— Я не знаю, — призналась я, — но это стоит того, чтобы рискнуть, или вы все можете поехать с нами прямо сейчас. У вас не будет света, когда мы будем путешествовать ночью.
— Никакой темноты! — хором воскликнули многие из них, и Дейзи оглядела своих собратьев-призраков.
— Я думаю, будет лучше, если мы подождем, — сказала она.
— Я понимаю, — заверила я ее. — Нам нужно идти.
— Скоро увидимся, путешественница по миру, — сказала она.
Кобаль открыл дверь и проводил меня к выходу.
— Призраки.
Я улыбнулась, услышав недовольный тон его голоса.
— Я думаю, ты поставил их на место, и они могли бы быть полезны.
— Большинство из них настолько эгоистичны, что, вероятно, не появятся, — сказал Корсон, шагая рядом со мной.
— Я думаю, ты ошибаешься на этот счет, — ответила я.
Он приподнял бровь, глядя на меня, и улыбнулся.
— Ты всегда оптимистка, моя королева. Посмотрим.
— Они могли бы пригодиться, — пробормотал Кобаль, прежде чем остановиться рядом с одним из скеллейнов. — Ликс попросил вас помочь войти внутрь. У вас есть ровно пять минут, или мы уйдем без вас.
Скеллейн повернулся и жестом подозвал остальных, прежде чем побежать к закусочной так быстро, как только позволяли их костлявые ноги. Кобаль прислонился к пикапу, когда Рафаэль взмыл в небо, а Каим превратился в ворона. Кобаль прижал меня к груди и не отпускал. Эрин дала мне единственную запасную рубашку, которая у нее была, взамен моей испорченной, окровавленной. И все же, даже без всей этой крови, я знала, что воняю. Кобаль не выказал ни малейшего беспокойства.
Я вдохнула обжигающий аромат его плоти, положив пальцы ему на грудь. Его дыхание согрело мое ухо, когда он провел по нему языком, прежде чем прикусить.
— Я не могу дождаться, когда мы сможем побыть с тобой наедине, — сказал он.