Взбешенное сердце сбавляло ритм, дыхание восстанавливалось, и багряный обод вокруг тела любимого угасал.
Когда он исчез, Эллен с облегчением и горечью уронила лицо в ладони.
– Прости, я думала, у нас получится. Я хотела…
– Нет, нет, нет, – Дима убрал ее руки от лица, – даже не вздумай от меня теперь сбежать. Я тут вроде как бесповоротно возбужден, – улыбнулся он. – Ты же не хотела меня убить – это уже хорошо.
Дима уложил Эллен на спину и нежно поцеловал в кончик носа.
– Ты мне доверяешь?
– Угу.
– Тогда больше никакой страсти. Справишься?
– Угу.
– Хорошо, – Дима склонился к уху, нависнув над Эллен, и шепнул: – И перестань уже так дрожать.
Он коснулся ее губ. Осторожно, нежно, трепетно. Его уверенная, но ласковая рука крадучись поплыла вниз от шеи к сердцу, от сердца к напряженному животу и ниже.
Эллен сжалась от легкого, но столь чувственного прикосновения.
– Не бойся, – шепнул Дима.
Она улыбнулась уголками губ и протяжно выдохнула, отпуская на волю страхи и скованность.
Миллионы мурашек усыпали ее тело, как только Дима накрыл его своим.
Эллен взглянула ему в глаза и увидела там ликующее счастье. Она и сама ликовала и больше не боялась. Она была готова отдать всю себя. Хотела подарить Диме то, что он так желал – свою невинность.
Когда их тела сплелись воедино, Эллен задрожала, но уже не от страха, а от осознания, что Дима теперь часть нее.
Его чувства были настолько сильны, что она не могла от них укрыться. Эллен чувствовала, как трепещет в его мыслях любовь и даже ощущала, чего стоит ему сдержанная нежность. Боль от близости блекла на фоне эмоций любимого, казалась ненастоящей, далекой и незначительной.
Эллен дышала с Димой в такт. Лишь на немного он стал чуть менее сдержанным и осторожным, но не позволил Эллен потерять голову. Не позволил его нежной, скромной и покорной девушке выпустить на свободу вторую половину. Дима хотел ту, которую впервые встретил. Так чувствовало ее сердце.
Когда на губы опустился протяжный блаженный выдох, Эллен взглянула в глаза своему первому мужчине. Единственному мужчине. Она была в этом уверена. Никого и никогда она не будет так любить и желать. И в синих глазах Эллен четко видела такую же безоговорочную уверенность.
– Теперь ты моя, и я никому и никогда тебя не отдам, – прошептал Дима.
Эллен улыбнулась, а по щекам заскользили слезы счастья. Дима впервые не просил ее успокоиться и не плакать. Он игриво ловил слезинки губами и не переставал светиться радостью, удовольствием и победой.
Глава 14
Эллен почувствовала, как по щеке проплыло что-то мягкое и бархатистое. Улыбнувшись, она открыла глаза. Дима легонько стукнул ее по носу красной розой.
– Вставай, соня.
Эллен вдохнула запах цветка, а потом подползла ближе к Диме и уткнулась носом в его плечо. Вот он – самый живительный, головокружительный, упоительный, божественный аромат.
– Доброе утро, – шепнула она.
– Доброе утро? – возмутился Дима. – Чудесное утро! Прекрасное! Лучшее в моей жизни.
Улыбнувшись, Эллен взглянула на него. Блеск синих глаз доказывал правдивость слов.
– И в моей, – она нежно коснулась шрамика на подбородке парня. – Как будто сон.
Эллен смутилась, вспомнив прошедшую ночь. Невероятную, сказочную.
– Ну, следы на моем одеяле точно говорят, что не сон, – самодовольно промурлыкал Димка, потянувшись.
Эллен приподнялась и осмотрела одеяло.
– Ой-ой.
– Ой-ой? – смеясь, Дима навалился сверху. Ароматная роза легла на тумбу. – Ерунда. Кинем в машинку, постирает, дел то.
– Что? Какую еще машинку? – нахмурилась Эллен. – Скажи еще, сушить повесим в лесочке, пусть все видят, кому ночью было хорошо.
Дима снова залился басистым смехом и легонько укусил Эллен за шею.
– Обожаю, когда ты беспокоишься о таких глупостях, – на ухо шепнул он.
– Это не глупости. Надо было тогда вчера дверь открыть и ребят позвать, чтобы посмотрели. Лучше сама застираю.
– У меня там еще пара футболок завалялась, – продолжая нежно покусывать кожу, сказал Дима. Эллен замерла, подставив шею своему осторожному вампиру.
– Кинь в машинку, постирает, дел то, – сказала она, плавясь от дразнящих прикосновений.
– А женщина для чего?
– Эй! – Она оттолкнула парня и угрожающе сощурилась. – Не стоит так, а то быстренько побежишь за кофе.
Дима расплылся в своей фирменной ухмылке засранца.
– Все, что пожелаете, моя повелительница. – Он покорно склонил голову.
– Желаю не выползать отсюда весь день. – Эллен зачесала назад его свисающую челку.