- Никак нет, товарищ майор.
Олег осторожно сглатывал слюну. Майор со своими любимыми бутербродами сводил его с ума. Аромат докторской колбасы, которую тот покупал у какого-то фермера, был тем самым - забытым, из детства. Дорогой был этот мясной деликатес, но он того стоил. Орлов его как-то угощал. Олег проглотил бутер, как голодный пес. И еще бы запросил, если бы не субординация. Она и мешала сделать себе заказ через майора. Олег считал это неприличным.
- Так вот, в соцсетях над этим Новиковым теперь все потешаются, вместо того чтобы сочувствовать. Типа от краски в лоб почти умер… И пули для него пожалели, знали, от страха помрет… В общем, все в таком духе. Что думаешь? Кто-то хохму великую устроил? Хотел мероприятие сорвать? Или что?
- Или хотел предупредить, - само собой вырвалось у Олега.
- В смы-ысле?! - приподнялся с места Орлов, уставив на подчиненного взгляд, полный притворного суеверного ужаса. - Хочешь сказать, что следующая пулька может быть настоящей?
- Почему нет? Всякое может быть. А он кто вообще - этот Новиков? Откуда выбрался? Я поискал. Особо ничего не нашел. Фирма пять лет назад перешла в его руки. Рейдерством или как?
Орлов осел на место, подпер подбородок мощным кулаком и тоскливым взглядом обвел кабинет.
- Вот начинается, а! - произнес он тусклым голосом. - Не знаю я, как фирма к нему отошла. Купил, отжал, стал соучредителем. Не знаю…
Майор Орлов помолчал. Перевел взгляд на недоеденный бутерброд в пластиковом контейнере. И закончил с великой неохотой:
- А узнавать придется, капитан. Эти шутейные выстрелы запросто могут быть тренировкой казни. Давай-ка мы его навестим.
- Сейчас?
- Да прямо - щас! - возмутился Орлов. - Он еще в больничке. Синяки сводит. Вот выпишется, мы к нему домой и заскочим.
И вопросиков зададим с десяток…
Новиков встретил их на пороге дома в солнцезащитных очках, хотя день был пасмурным. Даже дождь с утра пару раз принимался на дорогах пыль прибивать.
- Что вы? Зачем вы? - замахал он на них руками. - Зачем вы здесь? Я же не имею претензий. Тем более вы не установили злоумышленника. И какой смысл, скажите на милость, в вашем визите?
Он на мгновение приподнял очки, чтобы протереть переносицу, и Олегу удалось рассмотреть два сочных синяка под глазами. Выстрел в середину лба был сделан мастерски. Если бы настоящая пуля, у Новикова не было бы ни единого шанса сберечь мозги.
- Мы надеемся, Николай Иванович, что вы нам поможете установить личность злоумышленника, - миролюбиво улыбаясь, пояснил Орлов.
- С какой стати я должен делать за вашу работу?! - почти на визге возмутился Новиков. - К тому же, повторюсь, я не в претензиях и…
- А если эти три выстрела из оружия для пейнтбола были предупредительными? - перебил его повизгивание майор.
- В смысле? - попятился от входной двери Новиков.
- Что, если кто-то подобным актом предупреждает вас о готовящейся казни? То, что произошло, было публичной поркой, а ведь может стать и по-другому. Что скажете?
Присутствие Новикова в темном коридоре его дома едва угадывалось. В основном по блеску темных стекол солнцезащитных очков. Он странно вздохнул, почти всхлипнул, а потом включил свет и пригласил, наконец, их войти.
- Идемте в кухню, кофе приготовлю, - без особого энтузиазма предложил он.
Олег от кофе отказался. Он был немодным - обожал компот из сухофруктов и молоко с маковыми сухарями. А Орлов кофе любил. Чашку выпил в два глотка. И еще одну запросил.
- Как вы думаете, Николай Иванович, кто мог вас так остро ненавидеть, чтобы унизить публично?
- Значит, вы это так классифицируете? Унижением? А то, что голова взорвалась болью, когда мне в лоб выстрелили? А если бы он взял ниже и попал в глаз? Все! Слепой на всю жизнь!
- Он? Вы совершенно точно уверены, что это был он? Женщины исключаются?
На этих вопросах Орлова Новиков дернулся всем телом, будто кофемашина, цедившая сейчас ему кофе в чашку, током его ударила.
- Среди обиженных вами людей ведь могут быть женщины? Или нет? - предположил Орлов.
- Считаете, что я матерый обидчик? - не очень уверенно возмутился Новиков.
Орлов посмотрел на него проникновеннее некуда и со вздохом изрек:
- Все мы кого-нибудь когда-нибудь обижали. Так что скажете, Николай? Есть женщины, которые желали бы вам зла?
Он вспомнил! Точно кого-то вспомнил, но не назвал. Даже губу прикусил, чтобы с языка не сорвалось имя.
- Даже если вы и правы, нет среди обиженных на меня женщин тех, кто бы так метко стрелял.