— Я помогу вам добраться до поместья, — вызвался я.
— Но я сейчас не в Москве, Сергей, — печально признался умник. — И даже не в Подмосковье. Решил съездить в Тулу, к родственникам.
— Расстояние как раз не проблема, — ответил я. — Скажите точный адрес, и я заберу вас.
Иннокентий Павлович прекрасно понимал, насколько всё серьёзно. Раздумывал он недолго и не задавал лишних вопросов. Понял, что ему предстоит путешествие в кольцах змейки.
Чуть позже я забрал умника из Тулы, оказавшись в его московской квартире. Он успел покидать в чемоданчик несколько артефактов, и затем мы очутились у озера.
Над Акулычем уже склонился Пётр Геннадьевич, семейный лекарь. Всё-таки родители сподобились его вызвать. Но он ничего не сможет сделать.
— Ну, что с ним? — маман закуталась в шаль и тревожно всмотрелась в сторону лежащего на земле акулоида.
— Вообще ничего не понимаю, — растерянно пожал плечами лекарь. — Впервые такое вижу. Вроде человеческие органы, но нервная система устроена по-другому.
— Это не совсем человек, — произнёс я, подойдя к нему. — Он ещё немного монстр.
— Ох, нет, — отшатнулся Пётр Геннадьевич, и в глазах его я прочёл испуг. — Я тут бессилен. Извините, что дал вам надежду.
— Всё нормально, — успокоил его батя, здороваясь с Иннокентием Павловичем.
Умник очутился возле Акулыча, кожа которого приобрела уже тёмно-серый оттенок. Расстелил на траве тряпицу, на которой выложил несколько артефактов.
Он приложил к груди Акулыча мерцающую трубку, затем накинул замеряющий браслет, который замигал красными огнями.
— Есть следы воздействия на него тёмной энергии. Но внутри я её не заметил, — вздохнул Иннокентий Павлович. — У акулоидов есть особенность. Иногда впадать в оцепенение, когда на них воздействует чуждая им энергия.
— Он в коме? — спросил я.
— Да, в некоем подобии комы. Крайнее оцепенение. В этот раз силы было так много, что Акулыч впал в это состояние, при этом не давая тёмной энергии проникнуть внутрь. Но надо спешить. Долго он не протянет.
— Что в этом случае делают? — спросил я.
— Крайнее оцепенение лечат сильными магическими печатями, но времени нет, — объяснил Иннокентий Павлович. — Однако есть и более быстрый способ. Травы.
— Травы? — удивился я.
— Да, специальные наборы трав, причём магических, — ответил умник. — Но лекарей таких в наше время днём с огнём не сыщешь.
— Захарыч, а ну иди сюда, — позвал я слугу, мелькнувшего за спинами родителей.
— Да, Сергей, если нужна моя помощь… — забормотал он, выходя вперёд.
— Ты говорил, что твоя бабка Агафья учила тебя собирать магические травяные сборы, — напомнил я.
— Да, было такое, — лицо слуги просветлело. — Так моя бабка Агафья многих из комы возвращала. И мага одного как-то выходила. Какой-то дрянью поила… Но рецепта я не знаю.
Сколько же секретов у бабки Захарыча! Но нам это было только на руку.
— Это и не нужно, — сказал я.
Понятно, что Агафью научила Ядвига, а кто ж ещё? Раз они сдружились, значит, и знаниями обменивались. Что ж, надо срочно переноситься в забытую богами карельскую деревушку.
— Я скоро, — предупредил я всех и выдал змейке конечную точку маршрута.
В этот раз я застал Ядвигу на краю болота. Она замерла и водила палкой, что-то бормоча под нос.
До этого места мы не доходили, поэтому я с интересом осмотрелся. Лёгкий ночной туман, светлячки, кваканье.
Несколько кочек в центре болота и пузыри на его поверхности у берега.
— Иди ко мне, и я дам тебе что-то вкусненькое, — приговаривала Ядвига, болтая палочкой, которая оставляла цветные разводы на заросшей ряской поверхности.
— Доброго вечера, бабушка, — бодро сказал я.
— Опять ты… — процедила Ядвига сквозь зубы. — Не лезь никуда и не шевелись. Это опасно.
— А что будет? — я сделал шаг к берегу, вставая рядом со старухой.
И она подскочила, закричав:
— Да какого лешего ты шевелишься! Бежим! А то отхватим по полной! — лицо Ядвиги исказилось от ужаса. Она схватила меня за ворот, но я освободился от её хватки. — Беги, дурак! Она же тебе голову отгрызёт!
Так, Кузьму бы сюда, и Рэмбо с Региной. Секунда — и змейка перенесла их ко мне.
— Ой, дура-ак! Не помогут тебе зверюшки! — закричала Ядвига, улепётывая от болота в сторону своей избушки.
Да что же там такое? Змейка изучила под водой того, с кем мне придётся столкнуться.
Гидра-Монарх? Здесь⁈ Я бился с такой хищной тварью. И чудом выжил. Тогда у меня было всего два питомца, и не очень сильных. Но сейчас… Ох, как бабка не права!
Три головы выскочили из болота, и Кузьма в прыжке просто перекусил одну из них. Конечно, на её месте сейчас вырастут ещё две, но Рэмбо прицельным выстрелом выплюнул горящий шар, который прижёг крутящееся основание головы.