В бане с дочерью
Я наконец закончил строительство своей собственной бани. Баня получилась замечательная! Хоть и не слишком большая, но для нашей небольшой семьи — самое то. Предбанник, в нём же раздевалка, как и моечная, в ней же парная — обшил липовой вагонкой, поэтому дух там стоял неописуемо чудесный… лесной даже! В предбаннике я смонтировал два самодельных мягких кресла, на которые можно сесть, отвалиться и расслабиться. Между креслами установил небольшой раскладной столик, а в углу сверху смонтировал музыкальный центр. Топка — со стороны предбанника, а саму печь установил в бане. Недалеко от печи — полка из липовых же досок, на которой можно полежать и париться. Ещё одну полку ниже делать не стал, как и лесенку, из-за экономии места, установив над полом лишь небольшой приступок на ширину ступни, чтобы влезать было удобнее.
После окончания строительства мы пригласили нашу дочь Юлю оценить комфорт нового строения. Собрав белье и прихватив с собой пива, мы с женой Ларисой впервые отправились на помывку. Лариса разделась и побыстрее нырнула в баню — так ей не терпелось окунуться в эту благодать. Я — следом Мне уже пятьдесят два, но выгляжу я, думаю, неплохо, так как пивного брюха ещё не отъел. Лариса в свои пятьдесят четыре выглядит, я бы сказал, солидно и возбуждающе. Её длинные, белокурые волосы красиво ложатся на покатые плечи, грудь третьего размера уже, конечно, немного отвисла, но покачивается при ходьбе классно! Добавлю к этой картине её чуть выпуклый животик и внушительную попу, на которую частенько пялятся чужие мужики — и картина маслом готова. Но мужикам-то, только и можно, что пялиться на её привлекательную фигуру в одежде! Я же любовался на её нагое тело; раскачивающиеся, при помывке, груди с крупными вишенками сосков; кустистый холмик волос, скромно прикрывающий её опытную писю — прямо здесь и сейчас! Засмотревшись на такое богатство, я и сам не заметил, как мой питон начал расправляться и набирать высоту…
— Ну вот!.. Начинается! — увидев, засмеялась Лариса. — Опять тебе чего-то хочется — хоть в баню вместе не ходи!
— Ну а я-то тут при чём? — сделал я круглые глаза. — Это всё он! — кивнул вниз.
— Ну да, он! — согласилась жена. — Покоя тебе нет от твоего дружка! Та-ак… — протянула она — Мы сюда мыться пришли? — сняла она улыбку с лица. — Мыться! Вот и оставь эти похотливые мысли до ночи…
Ну вот такая у меня супруга строгая! Что тут поделаешь? Всё, как по расписанию, даже секс…
— Давай-ка лучше попарь меня, — попросила она меня, забираясь на полку. Я вытащил из тазика запаренный дубовый веник и стал охаживать им сдобное тело Ларисы. Ишь ты какая, деловая колбаса! — думал я, — жди её до ночи… А может я прямо сейчас хочу? Но я знал, что её совковое воспитание ни за что не допустит такой непозволительной вольности с моей стороны. Баня для того, чтобы в ней мыться; постель для того, чтобы на ней спать и в темноте трахаться. И никак иначе!..
— Ну всё, всё, Игорь… что-то ты разошелся! Совсем запарил! — часто задышала моя благоверная. — Пошли лучше охланёмся, да пивка выпьем…
— Пивко — это дело! — ответил я. Мы вышли в предбанник и набросили на разгоряченные тела простыни, а затем расслабленно плюхнулись в кресла. Попив под музон пива (оно было крепким), Лариса прилично окосела. Это можно было понять по её не совсем правильной, речи.
— Баня, конечно — класс! Но я, — всё… домой! — сказала она.
— Как домой? А меня попарить? — возмутился я.
— Сейчас Юльку пришлю… Она уж тебя отлупит! Я уж ей накажу!..
Я офигел:
— Лара, да ты чё? Она мне хоть и не родная, но всё же — дочь!..
— Ну и что? Ты плавки-то, надеюсь, наденешь?.. И она простынью обернётся… Что тут уж такого непристойного?!
— Ладно, пусть идет! — решил я.
— Пап, войти можно? — услышал я голос Юли из предбанника.
— Входи!
— Как ты тут? — спросила она, войдя внутрь, — Мама совсем без сил пришла! Запарил ты её, говорит. А запах тут како-ой!..
Я обернулся и окинул взглядом Юлю. Её темно-каштановые волосы небрежно рассыпались по накинутой на тело простыни. Под белым материалом угадывалась крупная налитая грудь. Внизу были видны лишь её колени, да загорелые икры. Юле было 36 — как говорят, женщина в самом соку! Но разведена…
— Да я-то норма-ально! — протянул я. — Попаришь меня?
— Без проблем! — ответила дочь. — Ложись давай!
Я залез на полку, лёг на живот, и Юля начала меня хлестать.
— Сильнее лупи, сильнее! — командовал я сверху. Дочка старалась вовсю, и пот градом лил по её милому лицу, намочив вконец сбившиеся волосы.