– Хорошо. – Милли изо всех сил старалась не показать, как же рада этому приглашению.
– Должен признаться, у меня есть скрытый мотив, – сказал Дилан. – Хочу увидеть твоё лицо, когда ты дочитаешь первый рассказ из книги.
Они сели за стол друг напротив друга и стали читать в дружелюбной тишине. Милли очень нравилось говорить с Диланом, но молчать вместе с ним тоже было приятно. Она читала «Лотерею», чувствуя всё большее напряжение, а когда она добралась до конца, Дилан засмеялся.
– Ты читаешь с отвисшей челюстью, – сказал он. – Такой концовки ты точно не ожидала, а?
– Да, точно.
– Слушай, – сказал Дилан. – Я тут думал сдать книги, а потом выпить чашечку чая в кафе по соседству. Не хочешь со мной? Нет, тебе необязательно пить чай просто потому, что я его пью. Можешь взять кофе или горячий шоколад.
– Чай вполне пойдёт, – сказала Милли.
День выходил на удивление приятным.
Милли проходила мимо кафе «Ты и я, кофе и чай» не одну сотню раз, но ни разу не вошла. Это оказалось приятное местечко, со стенами из голого кирпича, на которых были развешаны картины местных художников. Попивая чай из дымящихся чашек вместе с Диланом, Милли сказала:
– Я хочу работать библиотекарем.
Она никогда никому раньше об этом не говорила. Всегда боялась, что её засмеют.
– Будет круто, – сказал Дилан. – Ты любишь книги.
– Я люблю книги и тишину, – ответила Милли и сделала ещё глоток чая «Эрл Грей».
– Тебе надо одеться готической библиотекаршей, – сказал Дилан. – Собрать волосы в пучок, надеть украшения из гагата, чёрное викторианское платье и такие старинные очки, которые держатся только на носу… как там их называют?
– Пенсне?
Дилан ухмыльнулся.
– Ага, точно. Если ты так оденешься, подойдёшь к кому-нибудь и скажешь «Соблюдайте тишину», он же до смерти перепугается!
Милли засмеялась. И, пришлось признать, это было приятно.
Теперь, когда она каждый день обедала с Диланом, в школу было ходить куда приятнее. Утро можно было проводить в нетерпеливом ожидании обеда, а день – обдумывая последний разговор. Иногда она даже чувствовала себя глупо из-за того, что столько времени уделяла мыслям о парне.
Но Дилан – не просто обычный парень.
Когда она вернулась домой из школы, дедушка встретил её в тесной гостиной.
– Думаю, стоит сегодня вечером сходить на школьную праздничную ярмарку, – сказал он. Вместо обычного кардигана дедушка надел уродливый зелёный пуловер, украшенный страшноватыми улыбающимися рождественскими ёлками.
– Праздничная ярмарка – это глупо. – Милли закатила глаза. – Какие-то люди торгуют уродливыми ёлочными игрушками, сделанными из палочек для мороженого.
– О, когда я был учителем, то всегда считал, что ярмарка – это весело. В этом году там готовят чили, причем даже вегетарианский вариант. А ещё – шведский стол с печеньем. Подумай хорошенько над этими словами, Милли. – Он сделал драматическую паузу. – Шведский стол. С печеньем. Ешь. Сколько. Хочешь.
– Ты серьёзно изучил тему, я смотрю, – проговорила Милли. Вслух, конечно, она этого ни за что не скажет, но дедушка был настолько взволнован, что это казалось даже милым.
– К печенью я отношусь очень серьёзно.
– Вижу.
Милли вздохнула. Может быть, пусть сегодня старик всё-таки получит то, что хочет? Они редко выходили из дома, а ему побыть на людях будет приятно.
– Ладно, наверное, я пойду, пусть это и совсем не моё.
– Отлично! – сказал дедушка. – Выходим через час.
Он оглядел её с головы до ног.
– Может быть, наденешь что-нибудь не чёрное? Что-нибудь, ну, знаешь, более праздничное?
– Это ты уже слишком много хочешь, дедушка, – сказала Милли. Она поверить не могла, что согласилась пойти на такое дурацкое мероприятие. Но, может быть, там будет Дилан – которого, как и её, заставят пойти силой, – и они вместе повеселятся.
Школьные коридоры были увешаны рождественскими гирляндами, и Милли оказалась совершенно права насчёт уродливых ёлочных украшений. Но вот вегетарианский чили оказался вкусным, а печенье на шведском столе – и вовсе отличным, там даже нашлось её любимое имбирное. Когда они с дедушкой наелись всласть, Милли пошла гулять по коридорам, притворяясь, что внимательно рассматривает лотки с самоделками. На самом же деле она искала Дилана.
Дилана она нашла на втором этаже. Но совсем не в такой обстановке, как надеялась.
Дилан стоял перед лотком с оленями, сделанными из леденцов-тросточек. Но он был не один. С ним была Брук Гаррисон, миловидная блондинка, с которой Милли вместе ходила на уроки истории США. Дилан и Брук держались за руки и смеялись над какой-то одной им понятной шуткой, как настоящая парочка.