Мама снова нахмурилась.
— Весь остальной мир должен верить, что это так. Это единственный способ сохранить лицо.
— Чье? Твое? — Спросил я с рычанием.
Я не заботился о спасении гребаного лица. Это был Лоутон.
— И твое тоже. Ни на секунду не думай, что правда не испортит тебе жизнь. Ты будешь ублюдком Лоутона. Ты этого хочешь? Девушка из хорошей семьи не выйдет за тебя замуж с таким пятном в прошлом.
— Слава Богу, что так. Никогда не нравились привилегированные сучки.
— Гуннер! Это серьезно.
Я молча кивнул.
— Да, серьезно. Ты связалась со своим тестем и родила ребенка, а потом лгала этому ребенку всю свою жизнь. Это чертовски серьезно. А теперь я хочу лечь спать. Это была долгая ночь.
— Я с ним не связывалась, — ее голос принял истерический оттенок. — Он изнасиловал меня!
Это дерьмо становилось все хуже и хуже.
Имя Лоутонов ничего не значит
ГЛАВА 43
УИЛЛА
Кружась посреди большого открытого поля, которого я никогда в жизни не видела, я не могла наслаждаться окружающими меня цветами и красотой, потому что там был этот странный стук, который я не могла найти.
Тук, тук, тук.
Затем пауза
Тук, тук, тук.
Пауза.
Этот стук сводил меня с ума, и мне хотелось крикнуть, чтобы он прекратился.
Потом я проснулась.
Тук, тук, тук.
Вот он снова, и на этот раз я была в своей постели, и этот шум доносился из моего окна. Я откинула одеяло, встала с кровати и подошла к окну, чтобы заглянуть через занавеску. Либо там было животное, которое меня раздражало, либо кто-то был вежлив, прежде чем ворваться в дом и убить нас всех. Что бы это ни было, я должна была проверить.
Гуннер оказался не тем, кого я ожидала увидеть. Я больше склонялась к птице на окне. Я тихонько приоткрыла окно.
— Эй, — прошептала я, гадая, может быть, я все еще сплю. Если так, то, по крайней мере, стук прекратился.
— Дом на дереве, — прошептал он в ответ, кивнув головой в сторону дома на дереве.
— Сейчас? — Растерянно спросила я. Было не меньше двух часов ночи.
— Пожалуйста, — был его простой ответ, но этого было достаточно. Что-то было не так.
— Позволь мне надеть толстовку и обуться.
Он кивнул, потом засунул руки в карманы и стал ждать.
Если меня поймают, когда я тайком убегаю с Гуннером, мне конец. Нонна мне доверяла. Я вернула её доверие. Если она поймает меня, я потеряю это, а мне это было очень нужно. Мне нужно было ее доверие... ее любовь. Но для Гуннера я бы сделал все, что угодно. Еще один риск, на который я была готова пойти. Он бы не пришел сюда, если бы не нуждался во мне.
Я вслепую полезла в шкаф, не желая включать свет и привлекать к себе внимание. Нонна крепко спала, но она была в другом конце коридора. Этот дом не был большим. Наощупь я нашла толстовку и пару шлепанцев.
Гуннер все еще ждал меня у окна, когда я натянула оба предмета на свое тело. Мои волосы, вероятно, были в беспорядке, но у меня не было времени беспокоиться об этом. В любом случае, я сомневалась, что это волновало Гуннера. Я была уверена, что это связано с его братом.
Отодвинув окно как можно дальше, я перекинула одну ногу, а затем наклонила голову, маневрируя остальным телом, пока моя вторая нога не смогла последовать за ней.
— Я оставлю его открытым, — сказала я как можно тише.
Его рука скользнула по моей и сжала ее. Не говоря больше ни слова, мы вышли в темноту и направились к домику на дереве. Я пыталась дождаться, когда он что-нибудь скажет, но когда мы отошли достаточно далеко от дома Нонны, чтобы спокойно сказать, он все еще молчал, так что первой заговорила я.
— Который сейчас час?
— Примерно половина третьего.
К одиннадцати он привез меня домой. Это был мой комендантский час. Я знала, что он вернется к Ретту, если тот еще не спит.
— С Реттом все плохо? — Спросила я.
Он пожал плечами.
— Не совсем. Когда я вернулся, он уже спал.
О.
Тогда почему я тайком убегаю из дома?
— Ты в порядке?
Я пыталась дать ему достаточно пространства, чтобы он мог сказать мне, что происходит, а не допытываться.
— Теперь да.
Это было хорошо. Очень мило на самом деле. Мне понравилось. Но мне все равно хотелось узнать, почему я только что улизнула из дома.
Он отступил назад и жестом пригласил меня первой подняться по лестнице в дом на дереве. Так я и сделала. Только потому, что было так темно, что он не мог хорошо разглядеть мою задницу.