А какой вид принимал Короткоухий, когда подходил к логову с добычей (часто в желудке) и ему навстречу выбегали шустрые серые звереныши! Он совсем утоплял уши в шерсти загривка и, чуть приподняв губу, «улыбался», а хвост у него приветливо вилял из стороны в сторону.
Этих первых своих волчат Меченая с Короткоухим вырастили вполне благополучно. К осени те превратились в рослых прибылых и стали проходить науку трудной волчьей жизни под руководством матерых.
С началом заморозков стая из шести прожорливых зверей сразу дала о себе знать в окрестных деревнях и фермах. Беспечные скотники тотчас поплатились, а охотники потеряли нескольких собак.
Лесник Алексей Семеныч уже слышал в лесу вой-перекличку волков. Он был искусный вабильщик и много раз приманивал волков воем с помощью стекла от лампы. И на этот раз, отметив район леса, где «развлекается пением» стая Меченой, лесник в сумерках спрятался с ружьем в перелеске и поднес стекло ко рту.
…Лесник выстрелил в появившегося зверя, свалив его наповал. Пришедшим оказался молодой волк, величиной и шкурой напоминавший Короткоухого. Лесник был рад удаче, ведь за волка он кроме охотничьего удовлетворения еще и получил премию, но охота в последующие вечера не удалась. И лесник не без основания полагал, что, вероятно, тут вмешалась Меченая. К нему на «голос» шел еще один молодой волк — он откликался все ближе и ближе к засаде — и тут совсем в стороне Алексей Семеныч услышал странный шелест. И после этого все стихло в лесу. Лесник подумал, что волчица подкрадывалась к нему и, распознав опасность, предупредила молодого волка.
Самолюбие лесника оказалось задетым. В своем лесу он сохранял волков мало, то есть, как он считал, одного-двух, которые выполняли бы «санитарную службу».
А вот в эту зиму волков стало много. И жди теперь больших потерь в лосях, и особенно весной. Ведь лоси на насте проваливаются, а волков держит снежная корка, и они быстро настигают сильное, но беспомощное в таком положении животное.
Обходя лес на лыжах с ружьем, Алексей Семеныч два раза натыкался на полусъеденные туши лосей. Следы говорили ему о той борьбе, которую вел с волками лось, и, увы, погибал, не сладив с пятерыми.
Правда, один поединок кончился неблагополучно для стаи. Борясь за жизнь, старый лось передними копытами проломил череп не успевшему увернуться молодому волку и в ярости вбил его в снег.
Трех волков стала теперь водить Меченая — Короткоухого и двух прибылых, но это были ловкие, наученные звери. До самого таяния снега лесник расставлял капканы с особыми пахучими приманками и удивлялся, что ни один волк в них не попадается.
Прошел год. В лесах у Короткоухого и Меченой выросло второе поколение волчат. К зиме, вместе с двумя переярками, стая составила восемь волков. После налета на колхозную овчарню — убито и растерзано было двенадцать овец — весть о стае дошла до лесхоза. Над Алексеем Семенычем там подшутили:
— Ты, Семеныч, говорят, волков взялся охранять? Что-то великовата твоя «санитарная служба»!
Лесник с начальством был покладист, но эти слова его так задели, что он не сдержался и довольно ехидно ответил:
— Да вы поймите, волк всюду истреблен! Надо хоть в нашем районе сохранить его поголовье!
Начальник опешил и, глянув на рассерженного лесника, сказал:
— Да ты, Семеныч, не обижайся! Вот инспектор Синицын предлагает облаву устроить на волков. Поможешь городским охотникам?
— Пусть приезжают, — хмурясь, ответил лесник. — Только могу приветствовать.
И вскоре охотники во главе с инспектором Синицыным, пожилым усачом в полувоенной фуражке и защитном бушлате, нагрянули в Подсосены.
Алексей Семеныч был знаком с инспектором, приезжавшим в Приозерницкий лес года два назад с гончей — поохотиться на зайцев.
Тогда Синицын пил чай с медом, которым угощал его лесник, рассказывал охотничьи истории, смеялся и шутил, вообще был благодушно настроен. И охота ему удалась: убил четырех зайцев. Уезжал добряком и по-дружески простился с Алексеем Семенычем. На этот раз, взойдя на крыльцо к встретившему его леснику, инспектор поздоровался с ним сухо и официально.
— Ну-с, явились вот, — он кивнул через плечо на разношерстную группу прибывших с ним городских охотников: мужчин было десятка полтора с ружьями, в полушубках и пальто, перетянутых патронташами. — У тебя, говорят, тут стая. Неуловимая Меченая какая-то объявилась! Ну да сегодня рассчитаемся, я думаю, за колхозных овец. Где, Семеныч, волки теперь?