— Нормально, чо. Ладно, если по ориентировкам не проходят, это уже их дела. Давай лучше к нашим вернемся. Господин Бользен, можете сказать, когда примерно была совершена кража?
— Могу сказать совершенно точно — с 9:50 до 10:00. — Бользен был еще очень расстроен, но уже взял себя в руки. — Я выскочил за булочками в пекарню, которая располагается в соседнем доме. Вернувшись, заметил, что яйцо исчезло.
— Дверь закрывали?
— Э-э-э… Не поручусь, — сознался лавочник. — Торопился закупиться до открытия магазина, я с десяти работаю.
— Понятно. Кто-нибудь из этих троих крутился поблизости?
— Нет. Точно нет.
— Товарищ лейтенант! — прервал допрос репликой один из стражников. — Я этих гавриков видел на Синей площади в десять с маленькими копейками. Я только заступил, на участок шел, смотрю — у фонтана сидят, крылья сложили. Подошел, регистрацию проверил — ну, как в инструкции.
— Если минут за десять-пятнадцать — могли и успеть добежать, — с сомнением проговорил кто-то.
— Резонно, — согласился лейтенант. — Ладно, теперь с продавцом попробуем. Когда их задерживали, кого-нибудь еще срисовали?
— Да был там какой-то терпила, отстать от него просил. Я толком его не разглядел — он до нашего появления убежал, да и спиной к нам был.
— Понятно. Подозреваемые, продавца вашего безымянного описать сможете?
Семеновна выступила вперед:
— Давайте я, мужики разве что запомнят?
Слушая немку — я удивлялся: все-таки женщины и мужчины живут в разных мирах. Стал бы я обращать внимание на цвет глаз или фасон покроя. А Семеновна, вон — все до мелких мелочей описывает.
Пока она рассказывала про одежду, никакого интереса у полицейских не возникло, а вот на внешности они насторожились. И чем дальше, тем суровее становились их лица.
— Папандопуло это, зуб даю, — наконец не выдержал кто-то. — Вернулся, сука.
— Не знаю, кто такой Папандопуло… — вмешался Бользен, — но мужика в котелке я утром видел. Он витрину оружейной лавки Курта изучал, я еще подумал — везет же соседу, еще не открылся, а покупатель уже стоит.
— Этот? — стражник вытащил из папки и показал нам листовку с крупной надписью «РАЗЫСКИВАЕТСЯ». На листовке красовалась физиономия яйцекрада — без котелка, но с лысиной.
— Он! — хором ответили мы с Бользеном.
— Ладно, понятно все, — махнул рукой лейтенант и оглядел нас, заметно приободрившихся. Не толстый лейтенант, а второй, уверенный. Блин, когда же я привыкну ники смотреть? Вгляделся — толстого лейтенанта звали Фикус, а уверенного — Чатланин.
— Значит, так! — повысил голос лейтенант Чатланин. — Вышли все, кроме потерпевшего и подозреваемых. Вышли, я сказал! Кончилось кино.
Стражники, гомоня, потянулись к выходу. Через минуту мы остались впятером.
— А теперь, господа невезучие, давайте посмотрим на вещи цинично, но здраво, — предложил нам стражник. — Начнем с вас, господин Бользен. Товар вы по любому потеряли.
Бользен кивнул.
— Перспективы компенсации крайне туманны — этим трем остолопам судья ничего страшнее «непреднамеренной порчи имущества» не присудит. То есть жесткого срока погашения штрафа не будет, в лучшем случае — удерживающиеся из дохода выплаты. Они еще фактически новорожденные, выработка соответственная, то есть деньги вам ждать годами. Так?
— Так.
— Теперь вы, — он повернулся к нам. — Согласен, вы не при делах, вам просто не повезло, но налицо ущерб в крупном размере, причем нанесен он вами, Товарищ капитан. Такое бывает — это как дорогую машину не по своей вине стукнуть. Вроде и вины нет — а попробуй из неприятностей выпутаться. Дела такие, что, если господин Бользен будет настаивать на своем, вам по любому светит суд. Попытка скупки краденого, нанесение ущерба по неосторожности — это все статьи, а вам их пришить — делать нечего, любой стражник при желании подведет вас под цугундер без проблем. Я не угрожаю, я просто объясняю ситуацию. Согласны?
Заметно помрачневший Митрич кивнул.
— Теперь конкретное предложение. Я предлагаю решить все не по закону, а по совести.
— Что вы имеете в виду? — насторожился Бользен.
— Сперва вопрос. Скажите мне — только честно — во сколько вам обошлось это яйцо пета? С учетом оптовой скидки, одноразовости артефакта, не распознанности и тому подобного. Врать не советую, я сам, пока в работягах был, охотника качал.
— Точно сказать трудно, опт у меня большой, но примерно сто шестьдесят тысяч, — отчеканил Бользен.
— Похоже на правду, — кивнул Чатланин. — Теперь смотрите. Яйцо вы не вернете, отобрать его у нуба, конечно, можно, но так мы просто убьем пета. Вам нужно хотя бы минимизировать потери. Это раз. Теперь вы, Товарищ капитан, гражданин охотник. Поверьте коллеге девятого уровня мастерства — пет вам все равно понадобится, без этого в нашей профе не обойтись, и чем раньше он у вас появится, тем лучше. Неидентифицированного пета я бы, конечно, покупать не стал, не люблю в рулетку играть. Но сейчас речь не о ваших желаниях, а о возможностях выхода из тех неприятностей, которые свалились сегодня и на Бользена, и на вас.