— Эм, так мы еще можем увидеть фонтан? — отдышавшись, спросила Кириэлле, когда они отбежали на достаточное расстояние.
— Угу, я знаю другой путь, — ответил Зориан, указывая на ближайший парк.
Секундочку, разве в первом месяце он не пошел точно так же и не встретил по пути еще одну проблему? Да, точно, была еще какая-то… а! Девочка с велосипедом. Он совершенно про нее забыл. Ну, с этой проблемой он справится — просто быстренько достанет ей велосипед из речки, и можно будет идти дальше.
Когда они встретили плачущую девочку, Кириэлле вдруг стала непривычно тихой и держалась позади него. Велосипед Зориан достал без малейших усилий — просто протянул руку за перила и пожелал, чтобы велосипед взлетел к нему в ладонь. Куда больше времени ушло на то, чтобы хоть немного успокоить девочку и спросить, почему она плачет. Еще парочка заклинаний — высушить велосипед и очистить от скопившейся грязи — он просто мог это сделать и не видел причин сдерживаться. Наверное, сейчас велосипед был чище, чем до того, как упал в ручей.
— Ну вот, — удовлетворенно сказал Зориан. — Велосипед цел, чист и вытащен из реки. Можно больше не плакать, верно?
— Хорошо, — шмыгнула она носом. — Мм. Спасибо.
— Да что там, — ответил он. — Ну, удачи, а нам пора идти. Думаю, скоро пойдет дождь, так что и тебе лучше бы отправиться домой.
— Эй, не будь злюкой, брат. Не можем же мы оставить ее здесь, — внезапно вмешалась Кириэлле. — Мы должны проводить ее домой, просто на всякий случай.
— Он не злюка, — возразила другая девочка, выйдя из задумчивости. — И я и сама прекрасно дойду до дома. Я не тупая.
О, а эта малышка ему нравится. Нечасто кто-то принимает его сторону в споре с Кириэлле.
— Хмм. Приятно, что хоть кто-то не спешит обвинить меня во всех смертных грехах, — Зориан выразительно покосился на Кириэлле, та закатила глаза. — Но, думаю, Кириэлле не имела в виду ничего плохого. Ты выглядишь расстроенной, и она волновалась за тебя.
— Я просто… Мне только вчера дали велосипед, и мама сказала, чтобы я берегла его, потому что мы не можем позволить себе еще один, а я…
— Эй-эй, сейчас все в порядке, — поспешно прервал ее Зориан, видя, что она может опять удариться в слезы. — Он снова у тебя. Все хорошо, что хорошо кончается. Но, наверное, нам и правда стоит проводить тебя, по крайней мере, пока ты не успокоишься.
— Ага! — влезла Кириэлле. — А по пути мы можем поговорить и лучше узнать друг друга. Я только что сюда приехала, было бы здорово найти друга моего возраста. Как тебя зовут, кстати? Я — Кириэлле, а этот парень, что вытащил велосипед, мой брат Зориан.
— Ночка, — сказала та. — Но, эм, я не хочу вас задерживать.
— Мы никуда не торопимся, просто хотели посмотреть на фонтан, — отмахнулась Кириэлле. — Это можно сделать в любое другое время. Ну же, покажи нам, где ты живешь.
Дом Ночки оказался неподалеку — она жила возле парка, почему родители и отпустили ее одну. И, хоть подобная родительская беспечность была довольно странна, Зориан, чьи родители относились к нему так же, не стал лезть не в свое дело. Он вообще по большей части молчал, но ничего страшного: Кириэлле трещала за двоих. Ночка же поначалу нервничала и смущалась, постоянно озираясь и вздрагивая от малейшего шороха, но постепенно прониклась симпатией к его сестре. Ей было восемь, на год младше Кириэлле, и она тоже новенькая в Сиории. Ее семья переехала сюда пару месяцев назад, и у нее тоже не было друзей. Великолепно. Он уже видел, чем это все закончится…
Зориан еще раз попытался избежать неизбежного, попрощавшись, как только они довели Ночку домой — но не преуспел, поскольку их встретила мать девочки и настояла, чтобы они вошли, а он не хотел показаться невежливым. Пожалуй, у нее есть полное право узнать, кто эти двое незнакомцев, что привели ее дочь, так что стоит зайти, хотя бы просто успокоить ее. Ночка тут же выложила матери, что произошло — вот только в ее рассказе велосипед не падал в ручей, а попал в веревочную петлю… гм, которая каким-то образом оказалась в парке. Девочка, пропустив объяснения, сразу перешла к моменту, когда Зориан помог ей спустить велосипед с дерева.
Да уж, Ночка совсем не умела врать. Судя по взгляду ее матери, как только Зориан и Кириэлле уйдут, девчушке придется рассказать настоящую историю.
Реа — мать Ночки — на взгляд Зориана, была довольно пугающей. Она не выглядела опасной — те же иссиня-черные волосы и карие глаза, что и у Ночки, одежда и внешность обычной домохозяйки, но ему не потребовалось и пяти минут, чтобы понять, что здесь что-то нечисто. Ее движения были плавны и точны, она никогда не сбивалась и не медлила в разговоре, ее взгляд был устрашающе пронзителен, да и в целом она словно излучала ауру хладнокровия и уверенности. Сказать по правде, будь он здесь один, он бы поспешил откланяться, но Кириэлле совершенно не опасалась хозяйки и вовсю болтала с новой подружкой. В том числе и о том, почему они вообще пошли этим путем и встретили ее.