Зоркий глаз командира подметил, что некоторые бойцы, на этот раз взяли запасные щиты ресов. Они были больше чем их обычные, сделанные по образцу римских скутумов, щиты. За ним полностью могли укрыться одновременно и арбалетчик и мечник.
Около стены копошились заряжающие, подтаскивая к стене всякий хлам, что бы с него можно было удобнее подавать заряженный арбалет, тем, кто на стенах. Немного не доходя до них, застыла редкая цепь ресов.
Метрах в десяти от них плотной, в два ряда шеренгой, ощетинившейся копьями застыли пешие воины. Позади них застыли арбалетчики и спешенные конники с арбалетами в руках. Всё было готово к приему незваных гостей.
Сергей кликнул ближайшего десятника из конной сотни и велел ему отрядить, десяток людей присматривать за местностью позади виллы. Холм там очень круто обрывался и, нужно было очень сильно постараться, что бы на него забраться, но он не хотел рисковать. Неподалёку был захваченный мятежниками порт и теоретически, забраться вверх по отвесным скалам было возможно.
Землянин начал пробираться к воротам, прижимая к груди пяток мешков с порохом. Заметив своего оруженосца, он поманил его к себе. Гафт, бренча доспехами и с шитом в руке подбежал к нему.
— Быстро раздобудь где-нибудь факел, зажги его и держись рядом со мной. Понял?
Тот кивнул и исчез.
— Всё таки я его хоть немного вышколил, — подумал про себя Сергей, поглядев вслед бегущему оруженосцу — раньше он бы непременно задал бы вопрос, — а зачем мне нужен горящий факел днём?
Никитин подошёл к воротам и, потеснив арбалетчиков, забрался на стену. Стоящий рядом мечник протянул ему руки и помог взобраться.
— Идут командир! — он коротко выругался и сплюнул вниз.
Толпа, поднимая тучу пыли, медленно, но неотвратимо как волна приближалась к ним, до неё осталось чуть меньше километра. Большинство мятежников, а может быть и патриотов, было вооружено короткими копьями и дубинами, редко можно было увидеть тусклый блеск топора или меча.
Подбадривало всё это воинство десятка два жрецов, поющих унылый гимн, толпа нестройно подтягивала им. Кое-где в толпе монотонно били руками в огромные бубны, те низко и гулко гудели, заводя толпу.
Вот до неё осталось, триста метров, двести… Арбалетчики начали прицеливаться, нетерпеливо посматривая на него.
— Эй вы, там стойте! — закричал Сергей обращаясь к толпе, но голос у него был не такой сильный и его предупреждение затерялась в криках толпы.
Никитин обернулся и, увидев неподалёку Бычью Глотку, приказал ему крикнуть толпе. Тот быстро залез на стену и заорал, так что стоящий рядом с ним арбалетчик чуть-чуть не упал со стены.
— Эй, вы там свинячье дерьмо, стоять, а не то получите стрелу в брюхо! — он проорал еще несколько ругательств и замолк.
Толпа остановилась от них метрах в ста и начала орать, обзывая защитников, те тоже не остались в долгу и начали в свою очередь орать на них. Никитин вскинул руку:
— Тихо всем!
Бойцы быстро затихли, постепенно затихла и толпа, лишь только в конце неё было слабо слышно монотонное пение. Расталкивая посохом людей, из неё вышел пожилой жрец в зелёной одежде и направился к нам. Не дойдя немного до стены, он остановился и оглядел их.
— Неверные! — заговорил он хорошо поставленным голосом на нати.
Те, кто понимал этот язык, в его отряде, громко начали переводить слова жреца своим товарищам.
— Сдайте свое оружие и склонитесь перед волей Зурна, ибо, если вы не склонитесь перед его волей — всех вас ждет смерть. Склонитесь и повинуйтесь его воле!
Он театрально вскинул руки к небу. Толпа отозвалась на его слова громкими криками.
— Сдайте оружие. Склонитесь перед его мощью!
Толпа завыла, и голос жреца затерялся в ней, только временами до них долетало:
— Во славу Зурна!..кровь смоет вашу скверну…. дарована вам будет милость — родится в следующей жизни…
Громкие крики бойцов прервали речь жреца, многие непристойными жестами показали ему, куда он может засунуть свою милость. Жрец медленно оглядел их своими оранжевыми глазам и нервно затеребил свою длинную косу. Жрецы-теро в отличие от знати, носили только одну косу.
Сергей заметил, что зрачки его глаз были сильно сужены, несколько замедленные жесты жреца указывали, что он находился под действием наркотика. Постояв ещё немного, служитель Зурна резко развернулся и ушел, мятежники расступалась перед ним с громкими криками, и грозя оружием наёмникам.
Похоже, урок, который толпа получила утром, для неё не пошел впрок. Да и что могли сделать эти бедолаги? Их всегда и во все времена, цинично использовали в качестве расходного материала политиканы, что на Земле что здесь.