— А если больше! — беспечно отозвался Сергей, разглядывая свое отражение в небольшом бронзовом зеркале, в котором только с большим трудом можно было что-то разглядеть.
— Если больше, то есть специальный суд, который и определяет степень вины или оправдывает арестованных. Но это случается редко, Накса хорошо знает своё дело. Недаром его все боятся.
Он всецело предан Луфаро, хорошо понимая, что в случае его смерти его тут же убьют.
— Понятно! — протянул Никитин.
Натянув одежду, он привычно одел бронежилет, потом надел кирасу и стал её застёгивать. Лошра живо поднялась с постели и стала помогать ему.
— Ну, вот теперь нормально!
Сергей довольно посмотрел в зеркало и немного попрыгал, чтобы убедиться, что кираса плотно сидит на нём. Женщина сзади обняла его за шею и прошептала ему в ухо:
— Не доверяй ему и помни, что он может бросить в тюрьму любого, кто ему не понравиться!
— Ничего, прорвёмся!
После чего со значением подняв указательный палец вверх произнёс:
— Кто предупрежден — тот вооружён!
— О! Хорошо сказал! — восхитилась женщина.
Никитин хмыкнул и резко крутанувшись, схватил её за обнажённые ягодица и притянул к себе. Она взвизгнула от холода, прижавшись сосками к его кирасе и, легонько оттолкнула его. Потом прижалась к нему и крепко поцеловала в губы.
— Береги себя, если с тобой что-нибудь случится я буду…
— Не надо, — прервал её Сергей — всё будет нормально. Если владыка прислал ко мне этого сановника, то я его чем-то сильно заинтересовал. Если бы я и мои ребята были бы ему неинтересны, то он прислал бы свой вызов с кем-нибудь из чиновников помельче. Разве я не прав?
Она тонко усмехнулась:
— Ты ещё много не знаешь о нас! Накса не сановник и не владетель он — Государственный Раб.
— Это как понять? — задумчиво уставился на нее Сергей. — Тогда выходит, что его прислали ко мне, что бы оскорбить?
— Нет, совсем нет! — она откинула назад свои пышные волосы — Наоборот это считается большой честью, он как бы является Голосом Владыки. А что бы у него не было никаких соблазнов, то на эту должность всегда берут раба-теро, ему даже не разрешается покупать себе никакую землю и крупную недвижимость. Даже то, что он носит на себе, считается принадлежащим владыке а не ему.
— Однако! — протянул Сергей. — А его дети тоже будут рабами?
— Нет, они будут свободными. Насколько я слышала, владыка даже давал хорошее приданное за его дочерьми их у него предостаточно. — фыркнула она.
— Дочерьми говоришь! Выходит, этот Государственный Раб передаётся по наследству.
Теро взглянула на него с одобрением.
— Ты быстро схватываешь суть! Накса достался Луфаро от его отца и был оставлен в той должности. Если новый правитель хочет иметь другого Государственного Раба, то старый должен будет покончить жизнь самоубийством.
Сергей покрутил головой, переваривая эту любопытную информацию. С таким нюансом в истории Земли, он как-то не сталкивался, а может быть, он не обращал на это внимание. Хотя нет, где-то он читал, что в Древней Руси все ключники у князей тоже были рабами.
— Да кстати, а почему ты говоришь, что в случае смерти владыки его убьют, а не передадут по наследству.
— У владыки нет детей, ни от жен, ни от наложниц, и из-за этого у него проблемы с его братьями. Бесплодный… — тут теро замолчала и поджала губы видимо, не желая особо говорить на эту скользкую тему. — Пока ещё не ясно кто будет следующим владыкой, но кто бы им не стал — Наксу он, скорее всего не пощадит.
— Ну ладно я пошёл! — . Сергей галантно поцеловал ей руку и, подмигнув, направился на встречу с Государственным Рабом.
Дойдя до порога, он досадливо крякнул и, торопливо развернувшись, быстро подошёл к одному из своих сундуков, вытащил из него щегольскую шляпу с перьями и напялил его на голову, после чего откинул полог и исчез.
Лошра задумчиво поглядела ему, вслед прикидывая как бы подобный головной убор, гляделся бы на ней. Она быстро подошла к плетёному сундуку и, воровато оглянувшись, откинула крышку. Как она и ожидала, там была ещё один похожий на первый головной убор и еще пара шляп попроще без перьев. Её любовник был человеком запасливым и предусмотрительным.
— Кажется он называл её шляпой. — подумала она, вынимая головной убор из сундука.
Она повертела шляпу в руках, критически её разглядывая. Она была не такая красивая как первая, с неброскими перьями и без вплетённых, и так понравившихся ей, золотых нитей. Добротная и простая походная шляпа без особых изысков.