«Шестая армия была обречена, и теперь уже ничто не могло спасти Паулюса.
Даже если бы каким-то чудом и удалось добиться от Гитлера согласия на попытку прорваться из окружения, и измученные и полуголодные войска смогли бы разорвать кольцо русских, у них не было транспортных средств, чтобы отступить к Ростову по покрытой ледяной коркой степи. Армия погибла бы во время марша, подобно солдатам Наполеона в период отступления от Москвы к реке Березине».
Гитлер был против того, чтобы 6-я армия пробивалась из окружения, вырываясь из Сталинграда. Армия Паулюса была обречена, оставался выбор: гибель ее в городе или в приволжских и донских степях. Гитлер понял, что наступил час расплаты, и, оставляя Паулюса в Сталинграде, лишь откладывал этот час на более отдаленное время, ибо теснить и гнать врага легче, чем его полностью уничтожить на укрепленных позициях. Он сковывал, задерживал наши крупные силы на Волге, с тем, чтобы вывести свои войска из намечавшегося на Кавказе «котла».
Из Сталинграда на Северный Донец
1
Итак, Сталинградское сражение, начавшееся 17 июля 1942 года, пройдя этапы обороны на дальних подступах к городу, в городе, на северном и южном фасах, этапы контрнаступления, завершившегося окружением и разгромом ударных группировок немецко-фашистских войск в Сталинграде, этапы наступления, в котором были разгромлены пять вражеских армий на огромных полях сражений на юге страны, закончилось. Красная Армия, развернув наступление от Воронежа и до Кавказских гор, взломала оборону противника, отбросила его на сотни километров на запад, создала предпосылки для новых успешных наступательных операций по всему фронту, предпосылки для полного изгнания врага с советской территории.
В конце марта 1943 года фронт стабилизировался. Линия фронта на юге страны, находившаяся до этого в непрестанном движении, установилась по линии Севск — Рыльск — Белгород — Волчанск, по реке Северный Донец до Ворошиловграда, а далее на юг по реке Миус до Азовского моря. На Северном Кавказе противник закреплялся на Таманском полуострове.
Весенняя распутица сковала действия сторон, началась перегруппировка сил по обе линии фронта, наступила оперативная пауза, после которой возобновление наступательных действий было бы началом летне-осенней кампании 1943 года.
Обе стороны получили возможность подвести некоторые итоги ожесточенных восьмимесячных боев — итоги величайшей битвы, получили возможность оценить сложившуюся обстановку на фронте, взвесить перспективы надвигающейся летне-осенней кампании третьего года войны. Каждая из сторон должна была рассмотреть и стратегические задачи всей кампании, и оперативные задачи, вытекающие из установившейся линии фронта с ее выступами, с ее рельефами, с ее местными условиями на каждом отдельном участке.
Естественно, что и перед 62-й армией встали новые задачи. Ставка Верховного Главнокомандования передала 62-ю армию в состав войск Юго-Западного фронта с передислокацией ее из-под Сталинграда в район Купянска и Сватово, на Северный Донец.
Наступил час прощания со сталинградской землей. Армия перед отправкой на Северный Донец была дислоцирована в селах, расположенных вдоль Ахтубы. Армия отдыхала. Мы принимали пополнение в сильно поредевшие части, принимали технические средства усиления, осваивали новую технику.
Уходили от нас командиры, уходили целиком некоторые соединения. Верховное Главнокомандование рассредоточивало сталинградцев по различным объединениям, чтобы шире распространить в Красной Армии их боевой опыт. К нам пришли на пополнение новые дивизии, новые воинские соединения.
Бойцы 62-й армии покидали Сталинград, город, за который они сражались около двухсот дней и ночей. Это была изнурительная, смертельная борьба. В те дни и ночи, поглощенные этой борьбой, мы не могли до конца объяснить самим себе, какую роль играла наша борьба в большом стратегическом замысле, в общем ходе войны. Мы лишь догадывались, что, чем труднее нам в городе, чем больше вражеских сил мы оттянем на себя, перемолотим их, тем скорее придет наша общая победа.
Мы уходили из города, который только символично мог быть назван городом. Все было до основания разрушено, ни одного целого остова дома, ни одного заводского корпуса. Снежные сугробы прикрывали обломки.
Мы оставляли руины Сталинграда.