«Закончив допрос захваченных пленных и узнав от них о подготовке наступления русских, это было уже на рассвете, мы тут же сообщили в штабы батальонов и рот нашего полка о данных допроса. Тут же была объявлена боевая тревога. А через несколько минут началась артиллерийская подготовка русских».
Нам удалось установить, что наши бойцы и под пытками не назвали час начала нашего наступления. Предупреждение командованию противника, как мы видим, поступило за несколько минут до начала артиллерийской подготовки. И все же это было предупреждением. Противник получил ориентировку.
На рассвете 17 июля началась авиационная и артиллерийская подготовка на участках 1-й гвардейской и 8-й гвардейской армий. Артиллерийская подготовка длилась 1 час 30 минут. Мы сосредоточили для стрельбы прямой наводкой до 19 орудий на один километр фронта и 75–90 стволов с закрытых позиций.
В начале артиллерийской подготовки на мой наблюдательный пункт армии прибыли командующий фронтом генерал армии Р. Я. Малиновский и член Военного совета генерал-лейтенант А. С. Желтов.
Солнце еще не всходило. Светлела, разгоралась над степью знойная июльская заря с ее яркими оранжевыми красками. Били слепящими залпами гвардейские минометы. Над рекой, над камышом, над кустарником по ее берегам потянулась густым туманом и окутала все непроницаемая дымовая завеса.
Из зарослей, из прибрежных лесов по-пластунски или бегом, пригибаясь к земле, спускались к берегам передовые батальоны пехоты. Под дымовой защитой отчаливали одна за другой весельные лодки.
Ветер минутами срывал дымовую завесу с реки. На том берегу сейчас же оживали огневые точки. Но они тут же гасились прицельным артиллерийским огнем.
Первые лодки причалили к противоположному берегу. Гвардейцы коротким броском достигли первого ряда траншей. В траншеях завязался жестокий рукопашный бой. Артиллерия перенесла огонь в глубину обороны противника, а от нашего берега отчалила новая партия весельных лодок.
К 8 часам утра наши батальоны захватили первую и вторую траншеи, закрепились там, под их прикрытием мы подвели к берегу понтонные парки и приступили к наведению переправы для артиллерии и танков.
Переправившиеся войска получили приказ продвигаться вперед, расширяя плацдарм на вражеском берегу. Но результаты атак на удалении от берега не были столь успешными, как переправа. Нарастало сопротивление противника. Сказывался и недостаток в боеприпасах. Активизировала свои действия вражеская авиация, нанося удары по нашей переправе. Поминутно над рекой вспыхивали ожесточенные воздушные бои. Противник располагал здесь значительными воздушными силами.
План операции начал нарушаться по срокам.
К наступлению темноты 17 июля части 8-й гвардейской армии лишь закрепились на правом берегу Северного Донца, в глубину развить наступление не удалось.
Армейские танковые части и части 1-го гвардейского механизированного корпуса в бой введены не были: они запоздали с переправой.
Наступила поздняя и короткая июльская ночь. Тревожная ночь. Местами, как доносили из батальонов, еще не утихли бои. Начали обработку позиций противника ночные бомбардировщики. Штабы корпусов и дивизий готовились к новому бою на рассвете. Для меня лично это были трудные часы: первое наступление нашей армии после сталинградских боев, и ни одна из поставленных задач не решена.
Задуматься было над чем. Что случилось? Почему к середине дня наши атаки повсеместно захлебнулись, несмотря на то, что враг нес большие потери? В донесениях, которые проверялись и перепроверялись, указывалось, какие потери он понес. Над полем боя дымились танки противника, на нашу сторону наносило смрад от горящей краски на броне.
Наши войска взяли много пленных. Начинала слегка приоткрываться загадка столь сильного и активного сопротивления врага.
Противник создал на участках прорыва фронта глубокоэшелонированную оборону. Подбросил новые части. Наутро, как теперь явствовало из показаний пленных, нас ожидали крупные силы противника. Пленные показали, что к частям, расположенным на нашем участке фронта, подходили на подмогу соединения двух немецких танковых дивизий: 17-й и «Викинг».
Этой же ночью нам передали через командование фронта, что наступление противника на Курской дуге потерпело полный провал, что наступление войск Западного, Брянского и Центрального фронтов успешно развивается — наши войска взломали оборону противника, и в прорыв вводятся значительные силы. Враг, отчаянно обороняясь, начал отступление…