Вспомним танковую атаку, которую нам пришлось наблюдать 2 октября, когда наши артиллеристы расстреливали последними боеприпасами танки 40-го танкового корпуса.
Далее Манштейн поясняет: «…После того как в начале октября удалось отразить сильные атаки противника на Запорожском плацдарме (правда, той ценой, что 40-й танковый корпус не смог быть своевременно высвобожден для ликвидации плацдарма противника между Днепропетровском и Кременчугом), противник возобновил свое наступление, подтянув новые силы… Предпринятая под давлением Гитлера попытка удержать Запорожский плацдарм обошлась нам, во всяком случае, очень дорого…»
Другими словами, 40-й танковый корпус (3–4 танковые и моторизованные дивизии) использовался германским командованием в качестве подвижного резерва для активной обороны Днепра. По замыслу Манштейна, этот корпус должен был выступать главной контратакующей силой, с которой должны были взаимодействовать остальные силы армий при контрударе по плацдармам, занятым советскими войсками. В первую очередь предполагалось направить его против плацдарма между Кременчугом и Днепропетровском, который был захвачен войсками Степного фронта под командованием И. С. Конева. Наше наступление 1 октября не позволило Манштейну высвободить 40-й танковый корпус с плацдарма, наоборот, мы заставили ввести этот корпус в бой, нести потери и, главное, потерять время, которое было выгодно использовано войсками Воронежского и Степного фронтов.
Итак, 3 октября наступательные операции 8-й гвардейской армии на Запорожском плацдарме были приостановлены. Войска всего Юго-Западного фронта перешли к подготовке нового наступления.
3
Запорожская операция в ходе ее развития приобретала свои сложности.
Новый штурм плацдарма должен был начаться в 7 часов 50 минут 10 октября, но с исходных позиций уже за противотанковым рвом, что значительно облегчало действия наших войск, в особенности при недостаточном обеспечении артиллерии боеприпасами. Противотанковый ров противника, как я уже рассказывал, был преодолен 1 октября. С 3 по 10 октября эти позиции удерживались частями 8-й гвардейской, 3-й гвардейской и 12-й армий.
Штурм города Запорожья планировался в ночь с 13 на 14 октября.
С 4 октября и вплоть до наступления велась усиленная разведка огневых позиций противника, отрабатывались приемы штурмового боя. Задачи на наступление доводились не только до командиров корпусов и дивизий, но до полка, батальона, до роты и отделения. Формировались по примеру сталинградских штурмовые группы для боя на улицах города.
Исходя из новой обстановки, штаб армии уточнял ход всей операции на глубину.
В результате подготовительной работы всех звеньев армии я получил возможность принять развернутое решение на проведение операции, исходя из задач, поставленных командованием фронта перед 8-й гвардейской армией, — нанести главный удар в стыке 3-й гвардейской и 12-й армий.
Перед утверждением плана наступательной операции на Запорожье командующий фронтом генерал армии Р. Я. Малиновский провел совещание в штабе 8-й гвардейской армии, на которое были приглашены командующий 12-й армией генерал А. И. Данилов, командующий 3-й гвардейской армией генерал Д. Д. Лелюшенко, командующий 17-й воздушной армией генерал В. А. Судец.
На этом совещании было отработано взаимодействие между армиями, между родами войск, участвующими в наступлении.
При этом было подчеркнуто еще раз, что главный удар наносит 8-я гвардейская армия, которой придавались средства усиления. За правым флангом армии был поставлен 1-й гвардейский механизированный корпус И. Н. Руссиянова, а за левым флангом — 23-й танковый корпус Е. Г. Пушкина, оба в готовности развить наступление 8-й гвардейской армии.
В ночь с 5 на 6 октября была произведена перегруппировка артиллерии и танков на направлении главного удара. В частях армии были проведены ночные учения. Штабы корпусов отрабатывали оперативную, разведывательную и тыловую документацию. Отрабатывались вопросы взаимодействия в звене: дивизия — полк — батальон. Артиллерия производила пристрелку и разрушение обнаруженных целей. Продолжался подвоз и пополнение боеприпасов.